Сегодня
436,29    492,83    68,48    5,92
   Нур-Султан C    Алматы C
Повлияли ли текущие кризисные события на ваши миграционные настроения?

ИГ: под флагом «справедливости»... «Исламское государство» для России – это угроза «завтрашнего дня», что не делает ее менее опасной

Игорь ПанкратенкоСтолетие
29 июня 2015
ИГ: под флагом «справедливости»... «Исламское государство» для России – это угроза «завтрашнего дня», что не делает ее менее опасной«Вы ступаете на территорию справедливости», – гласит самодельный плакат на въезде в населенный пункт недалеко от иракского Мосула, неофициальной столицы «Исламского государства». Собранные вместе свидетельства очевидцев и журналистов рисуют картину жизни при «новой власти».

Здания еще хранят на себе следы боев, но воронки на проезжей части уже засыпаны и утрамбованы. Хозяева многочисленных магазинчиков сидят в тени навесов, цепкими взглядами сканируя окрестность – не появится ли покупатель. У здания работающей больницы – группа взрослых и детей что-то оживленно обсуждают. Все это можно увидеть в любом небольшом городке Востока – от Египта до Пакистана. Разве что меняется расцветка флагов над зданием, где расположена власть. Здесь он – черный, на нем белым написан арабской вязью текст шахады: «Нет никакого божества, кроме Аллаха, а Мухаммад – посланник Аллаха».

Поселком управляет «тройка» – мулла, «гражданский начальник» и командир местного вооруженного отряда, он же – главный полицейский.

«У нас работает школа и больница, отремонтирован водопровод и электроподстанция, – рассказывает «гражданский начальник». – Мы наладили систему социального обеспечения и поддержки стариков и семей, в которых мужчины стали шахидами в боях. Во многом это было сделано с помощью сестер и братьев, которые приехали к нам из Европы и других стран».

На вопрос, много ли таких, отвечает: «Только у нас, здесь – семейная пара врачей из Франции, это они восстанавливали больницу и сейчас там работают. Два инженера из Германии. У одного из них, кстати, скоро свадьба с местной девушкой из очень порядочной семьи. Еще две сестры из Европы хотели на фронт, но пока живут у нас, помогают в больнице и в школе. Если на то будет воля Аллаха, то мы найдем им хороших мужей, и они останутся работать здесь».

«Исламское государство принесло мир и справедливость на нашу землю, – вдруг неожиданно говорит он. – Нет больше взяток и поборов, каждый платит справедливый налог и может видеть, куда эти налоги используются. Если ты честен и хочешь работать – у тебя есть все возможности для этого». В этих словах – неожиданная и противоречащая «картинке» в средствах массовой информации сторона «Исламского государства».

Правительства и масса экспертов так до конца и не понимают, с чем имеют дело, рассматривая ИГ только как террористическую организацию, еще одну «Аль-Каиду».

Будь так – было бы проще, и проблема для остального мира состояла бы лишь в достаточном количестве ресурсов, выделяемых для борьбы с этим квази-государством армиям и спецслужбам. Но все сложнее. «Исламское государство» стремится стать государством – безо всяких кавычек, государством, основанном на принципах исламской справедливости, традиционной морали и неприятии «прелестей» Запада.

Расстрелы и обезглавливания, война за территорию на пространстве от Ливии до Афганистана – это одна грань политики ИГ. Административное обустройство, создание системы образования, медицинского и социального обслуживания, собственная валюта, официальные правила поведения журналистов, периодические издания и присутствие в социальных сетях – другая. В ней особое место отводится привлечению добровольцев и специалистов из Европы, России и постсоветских государств Средней Азии.

Вопреки распространенному мнению, для ИГ они нужны не только и не столько в качестве «пушечного мяса». Боевиков, достаточно обученных и обладающих реальным боевым опытом, пока хватает, а потери в живой силе от операций «антитеррористической коалиции» не носят критического характера. По приблизительным данным, в вооруженные отряды идут и в боевых действиях принимают участие от четверти до трети добровольцев. Остальных руководство ИГ делит на две неравные части: меньшинство направляется на специальную подготовку – что называется, «кадры на вырост», на перспективу. Большинство же стараются использовать по их гражданским специальностям.

На что может рассчитывать такой специалист? Единовременные «подъемные» – в зависимости от квалификации – от 5 до 30 тысяч долларов. Семейным парам – на пять-десять тысяч долларов больше. Жилье выделяется бесплатно, благо, после массового бегства части населения из районов, попавших под контроль ИГ, регулярно проводимых зачисток по конфессиональному признаку и за «нелояльность» к новой власти с недвижимостью у исламистской администрации проблем нет.

Ежемесячное вознаграждение также зависит от квалификации. Гражданские специалисты получают от пятисот до тысячи долларов, что для региона очень хорошие деньги, на каждого ребенка в семье выдается от 35 до 50 долларов в месяц. Плюс – бесплатное образование, медицинское обслуживание и отсутствие столь привычных для нас коммунальных платежей.

Впрочем, для большинства приехавших «добровольцев» из Европы, России, в том числе с Северного Кавказа, и постсоветской Средней Азии деньги – далеко не главное. Но и не второстепенное, добавлю.

«Аль-Каида» была исторически обречена потому, что не сумела дать своим сторонникам созидательной и «большой идеи». В итоге, сконцентрировавшись на организации спецопераций против «неверных», стала лишь «одной из» множества террористических группировок, именно той проблемой, которую в состоянии решать военные и спецслужбы. Сегодня ее идеологи уже заговорили о необходимости политических методов борьбы, но время упущено.

«Исламское государство» изначально сумело избежать этой ошибки. Хотя на первых порах находилось в гораздо более сложных условиях из-за более чем пестрого состава руководства, в котором были и фундаменталисты, и сторонники светских элементов в исламе. Тут спорили между собой сторонники «мирового перманентного джихада» и арабские националисты из числа бывших членов иракской БААС, а идеалисты сидели за одним столом с «контактами» ЦРУ и саудовской разведки.

«Под знаменем ислама может развертываться освободительная борьба, – говорил на XXVI съезде КПСС Леонид Ильич Брежнев. – Об этом свидетельствует опыт истории, в том числе и самый недавний. Но он же говорит, что исламскими лозунгами оперирует и реакция, поднимающая контрреволюционные мятежи. Все дело, следовательно, в том, каково реальное содержание того или иного движения».

Генеральный секретарь как в воду глядел: своим главным лозунгом руководство ИГ сделало строительство на основе ислама государства социальной справедливости, отвергающее ценности западного «общества потребления». И обрело массу сторонников во всем мире, поскольку сумело дать привлекательную идею.

Возраст большей части едущих в ИГ – от 23 до 27 лет. Чуть меньше тех, кому от 29 до 34. На что может рассчитывать выходец из Средней Азии, уроженец Северного Кавказа или молодой россиянин, принявший ислам в этом возрасте, если он не чей-то родственник и не является членом какого-то влиятельного клана? Доступное жилье и достойный заработок? Не смешите. Работа «вахтовым методом», гастарбайтерство в крупных городах, съемное жилье, прессинг правоохранительных органов, дискриминация и, что важнее всего, практически полное отсутствие «социальных лифтов». На другой чаше весов – жизнь «по традиционным правилам и справедливости», неплохие деньги и возможность карьеры.

Ну а то, что приходится воевать и даже изредка резать «неверных»… Во-первых, в молодом возрасте это воспринимается не так уж и драматично. А во-вторых, они уверены, что это временно, что это только пока идет война, пока враги пытаются отнять право на свободу и справедливость. Придет победа – и эксцессы уйдут в прошлое, даже к неверным будет явлена снисходительность и возможность спокойно жить, выплачивая дополнительный налог, коли уж не захотят сменить вероисповедание.

Сложно ли завербовать «добровольца» при таких исходных данных? Да ничуть. Чем, собственно и занимаются резиденты «Исламского государства» в Париже, Берлине, Москве, Брюсселе и даже в Ханты-Мансийске. При мечетях, правда, делать сейчас это стало затруднительно из-за контроля спецслужб, а вот в нелегальных «молитвенных комнатах», возникающих сегодня в России и в Европе как грибы после дождя – никаких препятствий. Кто-то приходит туда через социальные сети, кто-то – через «земляков». Ну а там уже неофит подвергается первичной проверке, дополнительной идеологической обработке профессионально подготовленными пропагандистскими материалами и, наконец, получает «маршрутный билет» Москва –Турция – «халифат».

По оценкам экспертов, причем экспертов подлинных, которых наше, «озабоченное проблемой ИГ телевидение в эфир не приглашает, отдавая предпочтение одним и тем же «специалистам по всему», именно по такой схеме сегодня практически обезлюдел «эмират Кавказ». «Уже сейчас появились на территории Сирии населенные пункты, населенные новейшими выходцами из Северного Кавказа, – говорит эксперт Центра проблем Кавказа и региональной безопасности МГИМО Ахмет Ярлыкапов. – Они основывают там селения, они там обосновываются. И еще один очень интересный момент – дагестанские власти посылают туда людей, чтобы они уговаривали остаться их там: «Ребята, раз вы уехали, то уж оставайтесь там и не возвращайтесь обратно».

«Тут сейчас около двух тысяч таджиков, – сообщает в интернете Нусрат Назаров, он же – Абу Холиди Кулоби, который ныне является лидером «таджикского землячества» в ИГ. – Здесь видишь их – и чувствуешь, что ты в Таджикистане. Если так будет продолжаться, никого в Таджикистане не останется, все приедут воевать в Сирию».

Про «все приедут воевать» – откровенное хвастовство, но цифра в две тысячи выходцев из Таджикистана почти совпадает с закрытыми данными ГКНБ республики.

Здесь и возникает главный вопрос: насколько происходящее представляет угрозу для России, особенно – «мусульманских» ее регионов и Западной Сибири, а также для постсоветских государств Средней Азии? Спекуляций на эту тему достаточно много, поэтому попробую оценить беспристрастно и с определенной долей цинизма, если хотите.

Итак, на сегодняшний день приток «добровольцев» в «Исламское государство» объективно ведет к оттоку наиболее экстремистски настроенных элементов из России и постсоветской Средней Азии. Опасность они начнут представлять только тогда, когда начнут возвращаться. Их сравнительно небольшое количество никого не должно успокаивать: при нынешнем состоянии правоохранительной системы 50–70 боевиков, опираясь на созданное «гражданскими» подполье вполне могут «поставить на уши» среднего размера областной центр. Но вот, как скоро они вернутся?

Пессимистический вариант, который пока не просматривается – если разгром «Исламского государства» произойдет в ближайшее время. Более оптимистичный – если ИГ удастся отстоять свои территории. Тогда обязательно последует междоусобная резня, в которой противоборствующие группировки будут выяснять, у кого из них понимание «халифата» наиболее правильное. И от ее масштабов будет зависеть, начнут ли уехавшие возвращаться обратно.

О якобы возникающих уже сейчас ячейках ИГ в России или Средней Азии всерьез говорить не стоит, поскольку это – в абсолютном большинстве случаев – обычный «контрафакт», суррогатная подделка для того, чтобы «больше боялись». В лучшем случае, преследующая цель получить от подлинного «Исламского государства» некую политическую или финансовую поддержку.

Не стоит всерьез говорить и о том, что ближайшей целью «Исламского государства» является Россия. Многочисленные заявления на этот счет, которыми полон интернет – либо личное мнение якобы «джихадистов», представляющих только самих себя, либо мечты антироссийски настроенных боевиков, которых в рядах ИГ немало, но они пока лишь на четвертых-пятых ролях и реального веса не имеют. Либо это – откровенные политические провокации со вполне прозаическими целями, одна из которых – освоение бюджетных средств «на борьбу с угрозой ИГ.

Когда слушаешь порою рассуждения некоторых экспертов об ИГ, возникает впечатление, что они говорят о совершенно разных явлениях. Как ни парадоксально, никакого противоречия здесь нет.

«Исламское государство», точнее, его формирующийся на наших глазах эмбрион, настолько многоплановый и внутренне противоречивый процесс, что вывести некую формулу и просчитать алгоритм дальнейших действий достаточно затруднительно.

Пока ясно одно: «Исламское государство» для России – это угроза «завтрашнего дня», что не делает ее менее опасной. Поскольку к этому «завтра» готовиться нужно сегодня. А вот как – это уже совершенно отдельный разговор.
0
    336