Сегодня

475,51    464,15    66,85    8,2
Экономика
Повлияли ли текущие кризисные события на ваши миграционные настроения?

«Голодные игры». Способен ли Казахстан справиться с продовольственным кризисом?

Юлия КисткинаQMonitor
5 июля 2022
Стремительно дорожающее продовольствие «съедает» уверенность казахстанцев в завтрашнем дне. При этом, как отмечают эксперты, ситуация имеет тенденцию к ухудшению. Они не исключают, что своего рода экзаменом на прочность для нас станет предстоящая осень. Выдержим ли мы его? Ответ, увы, неочевиден. По крайней мере, в экспертной среде ожидания на сей счет довольно пессимистичные. 


«Сладкая жизнь» заканчивается


Готова ли наша страна к дефициту продовольствия и к неминуемому росту цен на него вследствие обострившихся геополитических кризисов? Как дальнейшее подорожание еды отразится на желудках казахстанцах? Способно ли государство не на словах, а на деле обеспечить продовольственную безопасность? Эти и многие другие вопросы стали предметом дискуссии, проведенной Международным центром журналистики MediaNet в рамках экспертной площадки Expert Public Space.

Своего рода точкой отсчета для разговора стали результаты исследования, проведенного еще в апреле текущего года маркетинговым агентством JD Expert. Его авторы пытались выяснить, насколько сильно повышение стоимости продуктов питания повлияло на качество жизни населения. Картина получилась тревожной. 99 процентов казахстанцев, опрошенных исследователями во всех регионах страны, отметили существенное увеличение стоимости стандартного набора продуктов. Причем 40 процентов из них подчеркнули, что она выросла в два и более раз относительно того, что было два-три года назад. Регулярно меняющиеся ценники бьют не только по социально уязвимым слоям населения. В зоне негативного влияния, оказываемого ростом цен на продовольствие, оказались в том числе семьи со стабильным средним доходом. 

Как отмечает руководитель агентства Юлия Дмитриева, «люди с низким уровнем дохода не просто вынуждены экономить, они «ужимаются» во всем. Их потребительская корзина схлопывается. Качество жизни начинает резко падать, и это происходит изо дня в день». Доля таковых в общей численности населения РК, по данным исследования, составляет 36 процентов. Примерно во столько же оценивается доля семей с невысоким стабильным доходом, и они тоже вынуждены корректировать покупки, делая выбор в пользу более дешевых, а значит, и менее качественных продуктов питания. В целом до 49 процентов опрошенных сообщили о том, что они либо сократили количество покупок, либо перешли на более доступное по ценам продовольствие. 

«Расслоение общества у нас теперь наблюдается даже на уровне еды, - констатирует Юлия Дмитриева. - И если сегодня это не так очевидно, то в течение ближайших полутора-двух лет этот тренд проявится выпукло. Будут сформированы две разные потребительские группы, которые могут позволить себе разные продукты питания», - говорит эксперт. 

Казахстанцы, наиболее остро ощутившие на собственном кармане давление роста цен, теперь отказываются от покупок тортов и кондитерских изделий, сладких лимонадов и соков, конфет и печенья, колбас и мясных деликатесов, алкоголя, сладких молочных продуктов, сахара, рыбы. «Для меня пугающим фактором является сокращение покупок сладкого, что особенно отчетливо наблюдается среди семей с низкими доходами, где уровень отказа от таких продуктов достигает 62 процента. Пугает потому, что сахар – это не столько про вкус, сколько про эмоциональное настроение. Сладости у нас часто ассоциируются с достатком, хорошим уровнем жизни, стабильностью. Чем мы себя можем порадовать? Шоколадкой, тортиком. Эти перекосы резкие и очень значимые», - высвечивает важный аспект проблемы руководитель маркетингового агентства. 

Что будет дальше, если цены на продовольствие продолжат победоносное шествие? Об этом, похоже, лучше не думать. По крайней мере, 2 процента опрошенных готовы голодать, еще 4 процента – паковать чемоданы, полагая, что в других странах прожить будет легче, четверть респондентов будет еще больше урезать траты на еду. «Людей, готовых что-то делать, например, самим выращивать, производить продукты или больше зарабатывать для обеспечения привычного уровня жизни, не более 12 процентов. У всех остальных – негативная реакция на уровне «мы не знаем, что делать, и нам нужна помощь», - резюмирует Юлия Дмитриева. 

Способно ли государство выступить в роли спасителя? Как говорится, вопрос вопросов, несмотря на стремление чиновников вселить оптимизм. 


Ждать ли казахстанцам голодных бунтов?


С новой реальностью столкнулись уже многие страны мира. В разных точках земного шара начались голодные бунты. Даже всегда стабильно сытая Европа тоже вынуждена «садиться на диету», там проходят многочисленные акции протеста, вызванные недовольством населения социальной политикой, проводимой европейскими лидерами в условиях роста цен. Насколько такие перспективы угрожают Казахстана, судить, конечно, сложно, но их вероятность довольно высока. 

Как отмечает Юлия Дмитриева, «цены осенью вырастут на большую группу продуктовых товаров, и вырастут ощутимо – в полтора-два раза. Этому будет способствовать огромное количество факторов - логистика, ограничения, экспортные обязательства. И в данной ситуации затянуть пояса – не вариант, поскольку они и так уже предельно затянуты». 

А насколько трезво оценивает подобного рода риски наше государство? Есть ли у него хотя бы план по их нивелированию? 

Заместитель директора департамента агропродовольственных рынков и переработки сельхозпродукции Министерства сельского хозяйства Сауле Журынова полагаетчто внутренний спрос на продовольствие может быть полностью удовлетворён за счет собственного производства. Да, зависимость по ряду позиций от импорта у нас, конечно же, существует, но, как она утверждает, проблему должны решить запущенные программы по импортозамещению. Всего их 92 общей стоимостью 650 миллиардов тенге. Это и мясокомбинаты, и молокоперерабатывающие заводы, и садовые плантации, и много чего еще. 

В общем, судя по её выступлению, у нас есть те самые «костыли», при помощи которых отечественный аграрный сектор при поддержке государства совсем скоро окончательно встанет на ноги. Мол, даже форс-мажорные ситуации вроде той, что наблюдается сегодня вокруг сахара, будут вполне управляемыми благодаря оперативному вмешательству госорганов. Однако многие эксперты считают, что такие заявления откровенно притянуты за уши и не имеют ничего общего с реальностью. 

В частности, аграрный аналитик Кирилл Павлов, оперируя теми же цифрами, которые озвучивает Минсельхоз, делает вывод, что ни о какой продовольственной безопасности в наших условиях не может быть и речи. Та же история с сахаром показывает, что грош цена рапортам чиновников об установлении контроля за ситуацией, поскольку его запасов у нас всего на полмесяца. А прожекты по импортозамещению, полагает эксперт, больше смахивают на сценарий к кинокомедии. «Чем Минсельхоз собирается загружать строящиеся по программе мясокомбинаты, если за прошлый год Казахстан импортировал охлажденной говядины на 30 миллионов долларов, замороженной – на 36 миллионов? Импортом или нашей премиальной говядиной, чтобы цена колбасы выросла до 10 тысяч тенге за килограмм?», - задается вопросами Кирилл Павлов. И ведь представителям Минсельхоза на них, по сути, нечем ответить, кроме как привычных мантр о безоблачном будущем. 

Еще больше опасений вызывает то обстоятельство, что чиновники, пытаясь строить прогнозы относительно ближайших перспектив внутреннего рынка продовольствия, вдруг начинают уповать на бога и на количество осадков. О том, что нас ждёт, если эти две составляющие формирования урожая подведут, они, похоже, даже думать не хотят. И если эксперты в большинстве своем считают потуги государевых мужей недостаточно профессиональными, то практики нередко оценивают их куда как более критично. 

«Мы должны, наконец, определиться, какая у нас экономика – плановая или рыночная, - говорит основатель группы компаний Dala Болатбек Нажиметдинулы. – Государство каждый год активно вмешивается в рыночную экономику и, чтобы стабилизировать цены, тормозит ту или иную отечественную продукцию, одновременно открывая внутренний рынок для внешних игроков. Фактически оно убивает курицу, которая несет золотые яйца. По сути, защита внутреннего рынка со стороны правительства – нулевая. Стабилизируя цены в конкретном промежутке времени краткосрочными мерами, оно не решает проблему, а, наоборот, усугубляет ее, поскольку через полгода цены начинают расти снова, превышая уровень «стабилизированных» в полтора-два раза, а уже испытанные механизмы регулирования не работают. Причина в том, что, однажды получив по рукам, производитель либо меняет направление деятельности, либо начинает имитировать производство». 

Председатель комитета торговли Министерства торговли и интеграции Ержан Казанбаев признает критику, называя ее обоснованной, но придерживается позиции, что государство вынужденно вмешивается в ценообразование. Виной всему низкие доходы населения. За один день, как дает понять глава комитета, казахстанцам не разбогатеть настолько, чтобы позволить себе питаться продуктами по рыночной стоимости. 

Словом, как всегда, получился замкнутый круг, выхода из которого в обозримой перспективе не предвидится. Ну, не повезло нашей стране с населением, а значит, видимо, ему и нести на себе основное бремя последствий многочисленных экспериментов на рынке продовольствия… 


Кто виноват и что делать?


Своеобразный диагноз сложившейся ситуации поставила экономист Меруерт Махмутова:

- В 1990 году производство сельскохозяйственной продукции давало 34 процента ВВП. Сейчас его доля находится в пределах 5 процентов ВВП. Что называется, оцените масштаб. При этом свыше 40 процентов продукции сельского хозяйства, если брать в целом и растениеводство, и животноводство, дают частные домохозяйства. То есть, аграрное производство в нашей стране – мелкотоварное. Отсюда и высокая доля импорта. 

У нас долгие годы убивали сельского производителя. На селе, даже если человек и хочет заниматься сельским хозяйством, у него нет доступа к земле. А если ему и удается что-то вырастить вопреки всему, то он не имеет доступа к торговым сетям, через которые можно было бы реализовать продукцию. 

Видеть проблему в глобальном разрезе у правительства получается плохо – каждое министерство отвечает только за свой участок работы, а межведомственной координации не наблюдается. 

Продовольственная безопасность – это, прежде всего, обеспечение внутреннего рынка за счет внутреннего же производства. Но мы видим, что члены правительство об этом даже не думают, их в большей степени волнует, как обеспечить импорт продукции из России. После создания ЕАЭС импорт продовольствия из РФ в Казахстан неизменно рос, и по итогам прошлого года его доля превысила 50 процентов. Только в условиях санкций и ограничения экспорта, введенного северным соседом, наши чиновники вдруг спохватились. 

В начале нынешнего года в Казахстане был принят план обеспечения продовольственной безопасности на 2022-2024 годы. Это очередной нереализуемый документ, обыкновенная «дурилка». Его авторы не имеют ни малейшего представления о реальном положении дел в отрасли. 

Штрихи к столь печальной картине добавил Ербол Есенеев, директор департамента АПК и пищевой промышленности Национальной палаты предпринимателей «Атамекен»:

- Сегодня мы наблюдаем итог всей нашей многолетней работы. Итог, к сожалению, негативный. Мы – серьезно импортозависимы. В прошлом году мы установили новый антирекорд: импортировали продовольствия более чем на 4,9 миллиарда долларов, экспортировали – на миллиард меньше. А разрыв всех транспортных цепочек лишь обнажил нашу уязвимость. Мы надеялись на нефтедоллары и на то, что нам кто-то что-то привезет. Ситуация с сахаром в этом плане весьма показательна – сейчас мы его завозим за 15 тысяч километров из Бразилии. Понятное дело, что любой сбой в такой серьезной логистике приведет к банальному дефициту. Вывод из всего сказанного только один: нужно производить как можно больше собственного продовольствия. Можно и нужно рассчитывать только на самих себя. Понятно, что это вопросы будущего. Но если мы сегодня не займемся всерьез их решением, то дальше будет только хуже. 
+3
    9 017