Последние новости


Мустафа Шокай – кто он для казахов?

25 июня 2013
7 701
10

Все должно служить делу разума и чести.

Абай, Слово 32-е.


К написанию нижеследующего меня, автора статьи «Абай… кто он для казахов?» (Zonakz. 2.11.2004) и владеющего в определенной степени и Шокаевской темой, понудила статья Амантая Какена «Мустафа Шокай – рыцарь свободы» в газете «Общественная позиция» (№16, 02.05.2013). В ней утверждается: «Мустафа Шокай является легендарным борцом, рыцарем Свободы и Равенства народов Средней Азии и Казахстана, мечтавшем о возвращении независимой государственности всем народам Туркестана. Более 80 лет назад преследуемый властями Мустафа Шокай был вынужден покинуть родные края и продолжить борьбу за счастье своего народа в эмиграции, снискав славу непревзойденного полемиста и неистового патриота».


Не скрою, столь пафосная оценка автором личности Шокая (Чокая) не по душе мне пришлась. Мустафа Чокай был ярким, яростным антисоветчиком, а вот каким и чьим он патриотом был, определить затруднительно: он ратовал за создание на пространствах дореволюционного Туркестана единого, неделимого, национального государства, в котором территория проживания его соплеменников, ныне называемых казахами, имела бы статус, отнюдь не суверенного государственного образования, а лишь автономного уаялята. В статье нет ничего, убеждающего в оправданности сверхвозвышенной оценки автором личности своего героя и претензий к властным и общественным структурам Республики Казахстан за их недостаточное воздание почестей ему. Пишет: «Однако надо учесть, что Шокай является фигурой не местного а государственного масштаба».


В пользу Мустафы Шокая в статье единственный аргумент – он не был создателем ни Туркестанского национального комитета (ТНК), ни Туркестанского легиона, умер ранее создания этих образований самими немцами. Президентом ТНК был назначен узбекский эмигрант Вели Каюм, который и сформировал Туркестанский легион из военнопленных туркмен, узбеков, казахов, киргизов, каракалпаков и таджиков.


Но… Вели Каюм был сподвижником Мустафы Чокая, весьма близким ему человеком, которому он всецело доверял. Из его письма Вели Каюму в октябре 1941 года: «Дорогой Вали, эти строки я пишу для Вас лично и прошу очень держать их в большом секрете… Наше положение, дорогой Вали, ужасное. Наши военнопленные говорили о гибели в буквальном смысле слова нашей нации под властью большевиков. Об этом мы знали раньше и вели свыше 20 лет борьбу против большевизма, одним из орудий которого стал русский большевизм. Мы видим в лагерях сынов нашего народа, нашей несчастной порабощенной родины. Военнопленные туркестанцы являются, по нашему мнению, весьма важным капиталом в руках Германии. Сама судьба передала ей много тысяч туркестанцев. При их (военнопленных) непримиримом антибольшевизме из них можно было бы создать отличные кадры пропагандистов за новый, демократический, мировой порядок… У нас нет другого пути, кроме того, на котором мы стоим, на который мы всегда призывали народ… Да, у нас нет другого пути, кроме пути антибольшевистского, кроме желания победы над советской Россией и большевизмом. Путь этот помимо нашей воли проложен из Германии. И он усеян трупами расстрелянных в Дебице. Тяжела, дорогой Вали, наша задача. Но мы все же должны продолжать выполнение нашей задачи, не сворачивая. После страшного зрелища в Дебице я хотел бы забыть все остальное… Помните, Вали, что все сообщаемое пишется только для Вас. Мустафа Чокаев».


Содержание письма большое, на целую отдельную статью тянет. Полный текст – в монографии Б.Садыковой «Мустафа Шокай в эмиграции» (Алматы. 2011г., с. 240-246).


Так кем же был Мустафа Шокай, так пафосно возвышенный Амантаем Какеном в «Общественной позиции»? Кто он для казахов?


О нем в Национальной Энциклопедии Казахстан. Алматы. 2007. том 4, с. 68,69: «Мустафа Шокай (25.12.1889, ныне ст. Султобе Шиилинского района Кызылордин. обл. – 27.12.1941, Берлин), гос. и обществ. деятель, участник Алашского движения, ученый, журналист, представитель казах. интеллигенции нач. 20в. Начальное образование получил в рус. школе на с. Султобе. В 1910 окончил Ташкентскую гимназию. 1910-17 учился на юридич. ф-те С.-Петерб. у-та. В годы учебы занимался обществ.-политич. деятельностью, участвовал в движении студентов-мусульман на стороне Турции в Балканских войнах. В 1916 М.Ш. по рекомендации А.Бокейханова был назначен секретарем Мусульманской фракции Гос. думы. В составе комиссии Думы расследовал причины нац.освоб. восстания в Туркестане, занимался возвращением казахов, мобилизованных на фронт. После возвращения в 1917 в Туркестан стал одним из лидеров либерально-демократич. освободит. движения, руководителем партии «Шура-и-Ислами» («Совет сторонников ислама») и редактором газ. «Бірлік туи» («Знамя единства»). Идеология партии базировалась на идее этнич. нац. самоопределения. 2нояб. 1917 «Шура-и-Ислами» приняла решение о непризнании Советской власти. 22ноября этого же года в Коканде 4-й Чрезвычайный краевой мусульм. съезд под предводительством М.Ш. вынес решение о создании Туркест. автономии, к-рая получила назв. Кокандской республики (по месту проведения съезда). В пр-ве Кокандской республики М.Ш. исполнял обязанности мин. иностр. дел, затем премьер-министра. 5-13 дек., для выработки программы действия в условиях, сложившихся там после Окт. революции, в Оренбурге прошел 2-й всеказахский съезд. Съезд принял решение о создании Алашской автономии и утвердил состав его пр-ва, куда вошел и М.Ш. В янв. 1918 отряды красноармейцев, захватив Коканд, разгромили Кокандскую автономию. Весной 1918 М,Ш. тайно покинул Ташкент и присоединился к оппозиции, воевавшей в годы Гражд. войны против Сов. власти. В 1921 эмигрировал в Стамбул, затем в Париж (Франция). Здесь М.Ш. работал в газетах «Дни» и «Последние новости», к-рые выпускали рус. эмигранты; руководил организацией «Турекстан милли бирлиги» («Национальное единство Туркестана»), гл. целью к-рой было достижение независимости Туркестана. В 1927 вместе с Заки Валиди Тоганом создали журн. «Иени Туркестан», а в 1929– журн. «Яш Туркестан» («Жас Туркестан»), до 1939 издававшийся в Берлине на средства Польского пр-ва. На страницах журнала публ. статьи М.Ш. о политике Сов. пр-ва в Туркестане и междунар. отношениях накануне 2-й мир. войны, а также о древней истории и культуре народов Туркестана. М.Ш. был прекрасным знатоком рус. культуры, блестяще владел англ., франц., нем., тур. и араб. языками. В 1941 после захвата нем. войсками Парижа был арестован и заключен на неск. месяцев в концлагерь. Погиб в дек. 1941 в Берлине при невыясненных обстоятельствах. Похоронен на мусульм. кладбище Берлина».


В биографической энциклопедии «Кто есть кто в Казахстане» (Данияр Ашимбаев. Алматы 2006), с. 780: «Чокай (Чокаев) Мустафа(1890-1941). Род. 25 дек. 1890г. в гор. Ак-Мечеть. Жена Горина Мария Яковлевна (1888-1969гг), певица. Сконч. 27 дек. 1941г. в гор. Берлине… Министр иностр. дел, зам.председателя-министр обороны, председатель правительства Туркистан мухоторияти (Кокандскиой автономии 1917-18гг.); член Бюро Государственного совещания, гор. Уфа, арестован колчаковцами, на нелегальном положении в России, Казахстане(1918-19гг)… проживает в Турции, Германии, Франции…22 июня арестован во Франции германскими властями и направлен в Германию, переводчик и член Комиссии по национальным вопросам Восточного министерства Германии, работал в лагерях военнопленных».


Не столь обширно нежели в Национальной энциклопедии, но ничуть не менее объективно, а более объективно, ибо Мустафа Чокаев не заключался немцами в концлагерь, а работал в штате Восточного министерства Германии.


Существенно дополняет энциклопедистов Дархан Кыдырели, автор монографии «Мустафа» на казахском языке, изданной в 2012г. в Астане, иллюстрированной фотокопиями документов Мустафы Чокаева, сохранившихся в архивах.


1.​ ЦГА РУз. Ф. И-50, оп. 1, д. 387, л. 191: «Прошение. Его высокородию! Господину Директору Ташкентской мужской гимназии от киргиза Перовского уезда Городековской волости Чокая Торгаева. Желая определить сына своего Чокаева Мустафу в число учеников Ташкентской гимназии, покорнейше прошу Ваше Высокородие допустить его к приемному испытанию в августе месяце сего года. При сем представлены свидетельство о рождении, свидетельство о прививках оспы и свидетельство Перовкого городского училища. Город Перовск, 1902 года, марта 24 дня».


2.​ ЦГА РУз. Ф. И-50, оп. 1, д. 387, л. 197: «2 июня 1910 года. № 1082. Главному Инспектору училищ Туркестантского края. Рапорт. Вследствие предложения вашего Превосходительства от 17 минувшего мая за №3429, имею честь донести, что ученик VIII класса вверенной мне гимназии Мустафа Чокаев приобрел право для поступления в высшее учебное заведение, т.е. удостоен аттестата зрелости от 2 сего июня №1035 и изъявил свое намерение поступить для продолжения образования в С.Петербургский Университет по Юридическому отделению. Подп. Директор – Ев. Вознесенский».


3.​ ЦГА РУз. Ф. И-50, оп, 1, д. 387, л. 195: «Герб Российской империи. Министерство народного просвещения. Аттестат зрелости. Дан сей сыну киргиза Мустафе Чокаевичу Чокаеву, магометанского вероисповедания, родившемуся в декабре месяце 1890 года, в том, что он вступив в Ташкентскую мужскую гимназию в августе 1902 года, при отличном поведении обучался по 2-е июня 1910 года и окончил полный восьмилетний курс, при чем обнаружил нижеследующие познания: по Закону Божию –, Русскому языку 5(пять), Философской пропедевтике5(пять), Латинскому языку 4(четыре), Математике 5(пять), Математической географии 4(четыре), Физике 5(пять), Истории 5(пять), Географии 5(пять), Законоведению5(пять), Французскому языку 4(четыре), Немецкому языку 4(четыре).


На основании чего педагогический совет постановил выдать ему, Чокаеву, сей аттестат зрелости, предоставляющий ему все права, обозначенные в параграфах 129-132, Высочайше утвержденного 30-го дня июня 1871 года устава гимназий и прогимназий. Директор гимназии. Члены Педагогического Совета. № 1035. 2 июня 1910г. г. Ташкент. Секретарь Педагогического Совета».


4.​ № дела 281. № матр. 127: «Запись студента Императорского С.-Петербургского университета Юридического факультета, поступившего в Университет в 1910 году июня месяца 6 дня (имя, отчество, фамилия) Чокаев Мустафа Чокаевич».


5.​ Фотокопия паспортной книжки Мустафы Чокаева, с.2: «Владелец книжки. 1. Имя отчество фамилия: Мустафа Чокаевич Чокаев. 2. Знание: Прослушавший курс Императорского Петроградского Университета. 3. Время рождения или возраст: декабрь 1890г.».


К сему комментарий: здесь Знание означает Образование, а в связи с переименованием в 1914 году г. Санкт-Петербург в Петроград университет стал называться Петроградским.


Слово Бахыт Садыковой, автору трех монографий о Мустафе Чокаеве. Она повествует: «Родители были знатными людьми из рода кипчаков. Торгай Куатбай, дед по отцовской линии, был даткой (губернатором) у хивинского хана. Отца звали Чокаем, он был бием, занимался земледелием. Мать Бакты, потомок хана Бату, посвятила себя семье. По рассказам самого Мустафы Чокая, его мать хорошо владела арабским языком, читала наизусть дастаны, была прекрасной наездницей. Семилетней девочкой, сидя на коне, она держала знамя во время боя». («Мустафа Чокай», Алматы, 2004, с.7). В этой же монографии на с.55: «Десятого декабря 1917 года на съезде, провозгласившем Туркестанскую автономию, Мустафа Чокай в своем выступлении сказал… Совсем необязательно иметь пять республик в Туркестане. Мы все – одна нация. У нас общая религия, общая история, общая культура и общий язык, отличающийся лишь диалектами».


По этой же теме в «История Туркестанского легиона в документах» (Алматы, 2002) с.13: «… Туркестан должен был стать единым неделимым, самостоятельным государством, в составе которого могло бы быть несколько автономных уялятов… Эта идея принадлежала Мустафе Чокаю и его единомышленникам». На с.60 по теме самого «Туркестанского легиона» : «22 июня 1941 года, в день нападения Германии на Советский Союз, в Париже были арестованы около трехсот эмигрантов из России и в качестве «почетных заложников» заключены в замок Компьен. В этом замке в течение трех недель вместе с ними содержался Мустафа Чокай».


На с.61 рассказ М.Чокая о своем трехнедельном – с 22 июня по 13 июля – пребывали в замке Компьен (в пересказе его супруги Марии Яковлевны): «Мне было предложено выступить по радио, я отказался, заявив, что пока не увижусь со своими соотечественниками из пленных я агитировать не буду. Мне дали для устройства моих дел один день… Я познакомился с очень интересными людьми… Я чувствовал себя там помолодевшим… В Компьене на открытом воздухе устраивались замечательные лекции, политические диспуты. Я тоже прочел доклад о Туркестане. Слушатели были многочисленные, остались довольны, просили еще прочесть, я было назначил день, вдруг вызывают в комендатуру и объявляют, что я свободен. Страшно волнуюсь в душе за предстоящую встречу с пленными туркестанцами. Будет ли у нас общий язык?».С.62: «Мустафа Чокай посещал лагеря военнопленных в Польше (Сувалки, Ченстохова, Вустрау) вместе с другими членами комиссий. Число комиссий было от 25 до30, в их составе работали от 500 до 600 человек».


В монографии «Мустафа Чокай в эмиграции» (Алматы, 20011), с.158: «Мобилизованный немцами М.Чокай…предложил немецкой стороне план создания национально-освободительной армии из числа военнопленных туркестанцев По замыслу М.Чокая эта армия должна быть использована только при подходе к границам Туркестана… Оказавшись у границы Туркестана, народно-освободительная армия могла бы повернуть штыки против победителя… должна была дать старт общенародному восстанию за национальное самоопределение. Военнопленные, находившиеся на территории Германии, могли к этому времени набраться сил и подготовиться к предстоящей борьбе. В таком решении Мустафа Чокай видел существенный путь к спасению пленных соотечественников».


Из приведенного следует, что личность Мустафы Чокая не столь возвышенно-однозначна, какой её представляет читателям Амантай Какен. Авторы книг-монографий и статей в энциклопедиях о Мустафе Шокае – казахи. Мустафа для них – свой, а как не порадеть своему, не подать в лучшем свете вопреки действительности. Радеют, героизируют.


О «заключении» его «на несколько месяцев» в концлагерь сказано выше, автор статьи в Национальной энциклопедии расстарался. А в «Мустафа Чокай» (Алматы, 2004) на с.8 следующее: «Ташкентскую гимназию Мустафа окончил в 1910 году. Как лучший выпускник гимназии он был представлен к золотой медали. Узнав об этом, губернатор Самсонов распорядился по своему: представить к золотой медали выпускника Запрометова, а Мустафе вручить серебряную. Мустафа отказался от серебряной медали. Решение губернатора вызвало возмущение не только у туркестанцев, но и у русских. Все преподаватели были полны решимости объявить забастовку. В итоге сам Запрометов заявил на общем собрании, что Мустафе Чокаеву надлежит получить золотую медаль, и взял себе серебряную».


Такого не могло быть по определению, ибо золотая медаль присуждалась не «лучшему выпускнику», а тем, чьи знания по всем предметам были в аттестатах оценены только баллом 5(пять); наличие в аттестате хотя бы одной четверки право на золотую медаль исключало. А Мустафа Чокаев окончил гимназию с четырьмя четверками (см. фотокопию Аттестата Мустафы Чокаева в монографии Дархана Кыдырели «Мустафа» (Астана, 2012) с.237 (236-238).


Следующий пример из «Мустафа Чокай» (Алматы, 2004) с.9: «Мустафа Чокай окончил с отличием юридический факультет Петербургского университета». Неправда, см. у Дархана Кыдырели, с.237 (236-238) фотокопию второй страницы паспортной книжки Чокаева Мустафы Чокаевича: «2. Знание: прослушавший курс Императорского Петроградского Университета». Такой записью в официальном государственном документе – Паспортная книжка – обозначен его образовательный уровень ко времени прекращения в 1917 году учебы в университете и активного включения в общественно-политическую деятельность в качестве секретаря Мусульманской фракции в Государственной думе России.


Еще пример. В «Мустафа Чокай в эмиграции» (Алматы, 2011), с.14: «… Валидову не удалось до 1917г. получить высшее образование в отличии от Чокаева, который успел закончить юридический факультет Петроградского Университета. Чокаев к тому же учился на одном курсе с Керенским». А в «История Туркестанского легиона в документах» (Алматы, 2002) на с.26: «Самым большим доверием и уважением у туркестанцев пользовался однокашник Мустафы Чокая по ташкентской гимназии и петербургскому университету Александр Керенский».


Опять лукавство. Иное в Большой энциклопедии в шестидесяти двух томах (Москва, 2006), том 21, с.237: «Керенский Александр Федорович [22.4 (4-5) 1881, Симбирск–11.6.1970, Нью-Йорк], российский политический деятель, глава нескольких составов Временного правительства в 1917. Из дворян. По образованию адвокат (окончил в 1904 С.-Петербургский у-т)». Как мог Мустафа Чокаев учиться с А.Керенским на одном курсе? В 1904-м он был всего-навсего второклассником Ташкентской гимназии. Как можно называть его однокашником А.Керенского? По толковому словарю В.Даля однокашник – товарищ по столу, одну кашу вместе евший, вместе выросший. Мустафа на 9 лет его моложе, не с ним рос и учился.


Все эти неправды, вроде, мелочь. Но «маленькая ложь рождает большое недоверие». К авторам, эти неправды породившим. Под сомнение ставит и все остальное, изложенное ими о своих героях. Решать, кто для казахов Мустафа Шокай, естественно, прерогатива самих казахов. Приведенная выше информация о нем, вся из источников, авторами которых являются казахи. Исключение – справка о А.Ф. Керенском, она из Российской Энциклопедии. Однако полагаю, что как автор сей статьи , обязан поделиться с читателями своим мнением о Мустафе Чокаеве (Чокаевым подписывался до конца дней своих, не Шокаем и не Чокаем).


Талантливым он был, с детства отлично владел русским языком, на нем образование получил: успешно окончил Перовское городское училище, Ташкентскую гимназию с аттестатом зрелости, в котором пятерок было вдвое больше четверок, стал студентом первого в России (лучшего) Императорского Санкт-Петербургского университета, практически приобрел высшее юридическое образование (хотя без диплома), вошел в число первых казахских интеллигентов. В авторитете у них был – ему доверил Алихан Букейханов должность секретаря Мусульманской фракции в Государственной Думе России.


Но… «В годы учебы занимался обществ.-политтич. деятельностью, участвовал в движении студентов-мусульман на стороне Турции в Балканских войнах». А суть этого движения идентична целям, означенным в листовках, распространявшихся в Туркестане с началом 2-й мировой войны турецкими религиозными деятелями: «Мусульмане! Настало время освободиться нам от русской власти. Царствующий над нами Халиф Ислама – Турецкий Султан ведет войну с Россией и другими союзными государствами. Каждый мусульманин должен сочувствовать этой священной войне Султана и обязан немедленно жертвовать на её нужды и во благо войне всего мусульманства, тот, кто не в состоянии жертвовать, тот должен сам встать в ряды сражающихся против неверных… У нашего Халифа могущественные союзники… Великие события посылает мусульманам сам Аллах. Поэтому кто не будет нам помогать, тот против Бога!»


Вследствие участия в движении студентов-мусульман и активной работе (вместо учебы) секретарем Мусульманской фракции Гос. думы России не довелось Мустафе Чокаеву получить университетский диплом. Вероятно, он ему уже был в ненадобности. Он активно включился в Февральскую революцию 1917 года, сотрудничал с Временным правительством, стал членом его Туркестанского комитета. Им целиком овладела идея создания на территории Туркестана своего национального государства. Отсюда его дальнейшие действия.


Со своим покровителем А. Букейхановым и другими будущими создателями Алашорды ему не по пути. Рядом с ними ему не быть первым, они старше его. Да и цель у них всего лишь автономия Алашорды в составе России. Маловато для него, потомка (через мать Бакты) хана Бату, внука самого Чингизхана. Едет в Ташкент к узбекам, там делает карьеру. Вступает в партию «Шура-и-ислами», становится членом Туркестанского Национального Совета (ТНС) и председателем его Постоянного исполкома в Ташкенте.


В ноябре 1917г. в Коканде на 4-м Чрезвычайном мусульманском съезде провозглашается Туркестанская (Кокандская) Автономия. Образовано её правительство во главе с М. Тынышпаевым; Мустафа Чокаев в нем – министр инотранных дел. А после выхода из него М. Тынышпаева в связи с несогласием с действиями министров, обострявших отношения с большевистским Ташкентом, – Премьер-министр. Мудрый Мухамеджан Тынышпаев не обострял… Другое дело Мустафа Чокаев – в течение трех дней (6-9 февраля 1918г. по ст. стилю) Кокандская Автономия была разгромлена отрядами Красной гвардии, а её Премьер стал нелегалом, затем эмигрантом.


Всю оставшуюся жизнь Мустафа Чокаев посвятил борьбе с Советской властью, с большевизмом, закончил её в Берлине, будучи сотрудником Восточного министерства Третьего Рейха. Что он сделал для казахов, прошлых и настоящих? А Алихан Букейханов, Ахмет Байтурсынов, Мухамеджан Тынышпаев, не сбежавшие за рубеж, работая на свою страну, на свой народ, сделали многое, особенно в повышении образованности и культуры своих соплеменников. Они – истинные патриоты Республики Казахстан.


Еще информация к размышлению и осмыслению фразы «Погиб в дек. 1941 в Берлине при невыясненных обстоятельствах» (Казахстан. Национальная энциклопедия. Алматы. 2006г. т.4., с.69). Фрагмент документа городской Августа-Победителя больницы. Берлин-Шонеберг: «Для составления докладной записки немецкой войсковой части удостоверяется, что господин Мустафа-бей Чокайоглу с22.12.41 до своей смерти 27.12.41 в Августа-Победителя больнице, Берл.-Шонеберг, находился на лечении от сыпного тифа. Смерть последовала во время сосудистого коллапса в связи с начавшимся внутренним кровотечением. Др. Мизгельд, врачебный директор и главный врач внутреннего отделения».


Мустафа Шокай – антипод Абая Кунанбаева. Абай – великий мыслитель, всю жизнь болевший за свой народ – казахов, ратовавший за их лучшее будущее через просвещение и труд, призывал к единству, а не розни и вражде. К разуму призывал. О нем Федерико Майор, генеральный директор ЮНЕСКО: «Абай – личность мирового значения… он мудрец, мыслитель, сеявший в сознание человечества семена гениальности. Он истинный ученый, можно сказать, святой, рожденный Всевышним. От поэзии его веет любовью и состраданием к человеку. Он также призывает к непримиримой борьбе с мраком и невежеством…Если смотреть с позиции нашего времени, Абай не только казахский, а всечеловеческий поэт». Единогласным решением 180 государств, членов ЮНЕСКО, 1995год – год 150-летия Абая – провозглашен годом Абая. Ни один другой казах не удостоен такой почести.


А кто Мустафа Чокаев, героизируемый Амантаем Какеном? Движение, к которому он примкнул в студенческие годы и обратил в кредо своей жизни, резко порицал Д.А.Кунаев. Читайте «Лето гнева» Владислава Владимирова, помощника Динмухамеда Ахмедовича («Простор», 2007., №№ 5-7). А состоялась бы вообще нынешняя многовекторная независимость Республики Казахстан, не будь в течение более 30 лет руководителем Казахской ССР Д.А.Кунаев, трижды Герой Социалистического труда? Сегодняшний Президент Республики Казахстан Н.А. Назарбаев – его выдвиженец и ученик.


Ювеналий Числов
  • Не нравится
  • -8
  • Нравится
Читайте также:
Как вы относитесь к переводу казахского языка на латиницу?

ПОДДЕРЖАТЬ ПРОЕКТ RUSSIANSKZ.INFO