Последние новости


Казахстан в поиске новой Центральной Азии

26 июня 2014
0
0
Казахстан в поиске новой Центральной АзииИнтервью с заместителем генерального директора Информационно-аналитического центра МГУ Андреем Карповым.

– Центральная Азия вступает в фазу перемен. Узбекистан перекрывает газовый кран для юга Кыргызстана, Астана пытается найти общие подходы к региональной энергополитике, Туркменистан ищет новые пути на европейский рынок. Все хотят стабильности, но при этом надеются на новые источники доходов и уступки со стороны соседей. Что будет дальше?

– Прежде всего, давайте уйдем от попыток найти правого и виноватого в плане региональных конфликтов. Каждая из стран региона пытается найти собственное место в распределении ресурсов – водных, энергетических, в системе интересов внешних игроков. У Астаны долгое время были все карты на руках. Они, в принципе, остаются и сейчас. Но меняются сами правила игры – регион теряет прежние очертания. Попытки притянуть Центральную Азию к новым, внешним границам дали негативный эффект.

Это, как раз, было вполне ожидаемо. Внешнее влияние становится более ощутимым. Если сейчас граница противостояния проходит по юго-восточной Украине, то нельзя исключать, что в будущем этот рубеж пройдет по линии ЦАР. В геополитическом отношении, прежде всего. Это не только проблемы отношений между нами и Западом, но и проблемы Афганистана, Пакистана, Ирака.

Теперь мы видим Казахстан как часть евразийского проекта. Кыргызстан в "полупозиции" – как страну, которая все еще в поиске своих приоритетов. Ашхабад также выходит из положения "блестящей изоляции". Регион стремительно меняет свои очертания. И для Казахстана крайне важно найти "свою" – новую Центральную Азия. Будет ли она частью евразийского проекта или чем-то иным – для Ак Орды это исключительно важный вопрос. Останется ли Казахстан внутри региональной системы, центром притяжения для нее (или для части региона), или же наступят времена, когда "каждый за себя, а бог против всех"?

– Многие российские эксперты бросаются в крайности: или рассуждают о возможности альянса Ташкент–Астана или, наоборот, пророчат неизбежную региональную войну, поскольку противоречия непреодолимы. Может ли Казахстан стать в этих условиях центром притяжения для соседей, показать на своем примере притягательность интеграционной идеи?

– Для этого самому Казахстану необходимо четко и ясно определить свой собственный путь, что сделать не так и легко. 23 года политики многовекторности приучили национальные элиты к легким решениям – тактической смене курса. Сейчас наступают иные времена. И это объективная реальность.

Казахстану в этом плане намного проще, поскольку имеющиеся ресурсы и международный авторитет Нурсултана Назарбаева создают "подушку безопасности". Но поскольку момент политического транзита рано или поздно настанет, то, несомненно, руководство РК пытается определить в каком направлении пойдет переформатирование региональной политики. Это ключевой вопрос. Кто станет главным – Пекин, Москва, Вашингтон? Лидеры стран ЦАР не хотели и не хотят делать обязывающие ставки. Но Назарбаев в этом плане находится в ином положении – у него есть возможность занять равную позицию за "игровым столом".

– Может ли Астана участвовать в определении новых правил игры, быть субъектом, а не объектом "большой политики"?

– Тут, как говорится, возможны варианты. Мы исходим из того, что формат многовекторной политики в стиле начала нулевых годов себя явно исчерпал. Украинский кризис – это как раз и есть кризис многовекторности как способа собирать преференции только за счет своего геополитического положения. Рано или поздно большие дяди испортят отношения и спросят тебя: ты за кого? А кто захочет в такой ситуации оказаться?

Назарбаев с самого начала казахстанской истории (в новой ее редакции) старался сформировать самостоятельную линию поведения, но при этом не выходя за рамки генеральной линии – большой дружбы с Россией. Можно оспаривать детали, но в стратегическом плане эта линия дает свой результат. Может быть, у Бердымухамедова есть иные резоны на этот счет, но и геополитические условия для Туркменистана на энергетической карте совершенно иные.

– Означает ли это расхождение позиций стран региона, что на интеграционных проектах с участием всех стран ЦАР можно поставить крест?

– Ключевой вопрос. Не так давно эксперты говорили о возможности формирования оси "Ташкент–Астана", сегодня рассуждают о виртуальном альянсе "Астана–Бишкек–Душанбе". Но ведь это оценки сугубо ситуативные, которые не учитывают быстро меняющиеся внешние факторы влияния на ситуацию в регионе.

Однако, обратите внимание, в любой конфигурации присутствует Казахстан – как часть формирующихся альянсов. Можно сказать, что Казахстан находится сейчас в поиске новой Центральной Азии. Является ли Астана центром нового интеграционного проекта для региона или же, через некоторое время, эксперты будут говорить о возрождении старого советского термина "Казахстан и Средняя Азия"?

Полагаю, что дискуссия о названии страны, оставлять "стан" или использовать новое название, это тоже рефлексия на глубокие изменения, происходящие в регионе.

Хочется верить, что именно Казахстан станет драйвером интеграционных процессов для своих соседей по региону. Россия в этом нуждается ровно в той же мере, как и Казахстан нуждается в поддержке России.
ИА Новости-Казахстан | ИА Новости-Казахстан
Читайте также:
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 90 дней со дня публикации.
Как вам новый дизайн сайта?

ПОДДЕРЖАТЬ ПРОЕКТ RUSSIANSKZ.INFO