Сегодня

   Нур-Султан C    Алматы C
История
Повлияли ли текущие кризисные события на ваши миграционные настроения?

Пятёрка из Кембриджа. Энтони Блант – куратор королевской галереи и советский разведчик

Вероника КрашенинниковаЛитературная газета
23 мая 2020
«Ловец шпионов» – следователь британской контрразведки МИ-5 Питер Райт в 1960-е допрашивал Бланта почти ежемесячно целых шесть (!) лет и так описал подозреваемого в шпионаже в пользу СССР: «Блант – один из наиболее изящных, образованных людей из всех, которых я только знал».  
    
Энтони Блант был на пять лет старше других участников «кембриджской пятёрки» и преподавал им историю искусств. Он родился в 1907 году и первые пятнадцать лет жизни провёл в Париже, где работал отец, священник англиканской церкви при посольстве, человек строгий и даже суровый. Он отлично освоил французский, а атмосфера города приобщила его к живописи – изучение искусств переросло в страсть, профессию, любимое дело жизни. И вдохновило его политические идеалы.
    
По линии матери Энтони приходился троюродным дядей ныне правящей королеве Елизавете II, которая взошла на престол в 1952-м. Перед потомственным аристократом были открыты любые двери. Сначала – привилегированная школа в Мальборо, где учились дети семей, близко стоящих к трону.
    
Затем, в 1926-м, поступление в Тринити-колледж в Кембридже, со стипендией на факультет математики – точные науки тоже его увлекали. Там Энтони вошёл в кружок «Апостолы» – закрытый клуб самых талантливых студентов с левыми взглядами. И рекомендовал туда ближайшего друга Гая Бёрджесса, потом – Кима Филби. Но вряд ли в 1934-м Энтони догадывался, что тот уже связал судьбу с советской разведкой.
    
В поездках в Италию и Германию Энтони увидел, какие силы рвутся к власти. Его антифашистские убеждения только окрепли. Особо отталкивающим стал факт, что некоторые представители знатных британских родов, включая короля Эдуарда VIII, не скрывали симпатий к идеям фашизма и Третьему рейху.
    
В 1935-м Энтони Блант побывал в СССР. Его поразило, как страна, едва выйдя из войны и разрухи, поставила музейное дело и сделала великолепные коллекции доступными для народа. За государство, в котором высокое искусство может принадлежать простым людям, он готов был побороться.
    
Блант думал вступить в коммунистическую партию. «Я бы вступил, – писал он потом в мемуарах, – но Гай, который был чрезвычайно убедительным человеком, заверил, что я мог бы принести больше пользы, присоединившись к нему в его работе». Так в 1937-м «кембриджская пятёрка» пополнилась новым участником.
    
Началась война. Отсрочку от службы в армии Энтони не взял, пошёл на краткосрочные разведывательные военные курсы. Однако… был отчислен. Ему припомнили и поездку в Советский Союз, и статьи в журнале с однозначным названием «Лефт» («Левый»). Блант обратился в министерство обороны с твёрдым объяснением, что посетил СССР с научными искусствоведческими целями. Убедил. Да и разведке очень нужны были патриотично настроенные молодые эрудиты, владеющие языками.
    
К концу 1939-го Энтони Блант – в военной разведке при штаб-квартире Британского экспедиционного корпуса в Булони под Парижем. Франция и Германия в тот момент пребывают в состоянии «странной войны»: армии стоят лицом друг к другу на границе, но не воюют.
    
Однако было понятно, что атака Германии на Францию – лишь вопрос времени. Что же более всего занимает Энтони в этот период? В январе 1940‑го он заканчивает книгу «Теории искусства в Италии, 1450–1600» (недавно переведена на русский). Это политическая история Ренессанса – история ценностей, которые вдохновили итальянских живописцев и скульпторов на бессмертные шедевры. Тогда, в начале XV века, во Флоренции формировалось новое отношение к миру и к людям: вера в человека, его разум. На этом фундаменте сложились ценности гуманизма, научного и социального прогресса. Позднее они стимулировали эпоху Просвещения в Европе, Великую французскую революцию и даже построение социализма в СССР. Они вдохновляли и Бланта на борьбу с фашизмом вместе с Москвой. Для него были очевидны параллели между гуманизмом Возрождения и советским проектом социальной справедливости, а Третий рейх представлялся чудовищной калькой средневековой инквизиции, насилия и мистицизма. Для Бланта защита СССР была политическим и моральным эквивалентом обороны Флоренции от атак Карла V, правителя Священной Римской империи.
    
В предисловии книги Энтони выражает особую признательность «Гаю Бёрджессу за поддержание постоянной дискуссии и за предложения по наиболее принципиальным моментам». Надо полагать, «наиболее принципиальные моменты» в разговорах двух британцев-антифашистов на службе Советскому Союзу выходили далеко за рамки искусства.
    
В мае 1940-го британцы эвакуируются из капитулирующей Франции через Дюнкерк. Напомним, параллельно Францию покидает другой участник «кембриджской пятёрки» – Дональд Маклин, служивший в британском посольстве в Париже.
    
В том же 1940-м Блант переходит в контрразведку МИ-5. Незаурядность Энтони, умение принимать быстрые решения, широкий круг знакомств явно выделяли его. Дисциплинированность и пунктуальность, не всегда свойственные людям его круга, повышали весомость работы Бланта. Он получал в МИ-5 одно повышение за другим.
    
Искусствоведу Бланту, как ни удивительно, принадлежит разработка действий службы наружного наблюдения, которую контрразведка использовала потом не одно десятилетие. А копия инструкций по наружке имелась, конечно, и в Москве. Блант организовал и систему просмотра дипломатической почты. Так Центр узнавал о планах европейских государств, а также правительств в изгнании, обосновавшихся на Туманном Альбионе. Особенно интересовала работа польского правительства.
    
Ясно, что Блант подстраховывал работу товарищей по «пятёрке», вовремя предупреждая об опасности, если не мог устранить её. Он не раз спасал компартию Великобритании от проникновения агентов МИ-5, которая всячески пыталась скомпрометировать коммунистов.
    
Энтони был тонким аналитиком, умел располагать к себе людей, привлекая их достоинством и аристократизмом. Он смотрел на разведку глазами художника, который видит гораздо больше, чем даже опытный служака. Знание пяти иностранных языков тоже помогало. А его работоспособность была просто феноменальной.
    
Война закончилась. Блант ушёл из контрразведки в ноябре 1945-го. Ему лишь 38 лет, но как видный искусствовед он получает предложение стать хранителем королевских картинных галерей! В 1956-м королева даже пожаловала ему рыцарский титул. Он читал лекции в Оксфорде и Кембридже. В 1963-м искусствовед с мировым признанием едет в США как приглашённый профессор. При этом Энтони не скрывал, что не приемлет современное американское искусство: взросшее на деньгах и рекламе, оно сиюминутно… Были и сложности. В 1951-м, после исчезновения (отбытия в Москву) Гая Бёрджесса и Дональда Маклина, Блант, как близкий друг Бёрджесса, попал под подозрение. Были беседы в контрразведке, расследование. Блант знал, что прямых улик против него нет, а вести себя на допросах он, конечно, умел. К тому же просчитал ситуацию: ни власти, ни спецслужбы Британии не были заинтересованы опозорить королевскую семью родственником – советским шпионом. В 1964-м, после появления новых фактов, завязался ещё один узел проблем. Энтони пошёл на сделку со следствием и признал, что передавал информацию в Москву – но только в ходе войны и в рамках союзнических отношений. Назвал несколько имён – лишь тех людей, которых уже не было в живых. Удивительно, но он сохранил должность хранителя королевских картинных галерей и все другие посты.
    
Однако в 1979-м Маргарет Тэтчер, едва вступив в должность премьер-министра, вдруг разоблачила четвёртого члена «кембриджской пятёрки». Королева отлучила Бланта от должности хранителя, он сам отказался от рыцарского звания, а его родной Тринити-колледж лишил Энтони звания почётного профессора. Британская академия наук отреклась от академика Бланта.
    
А вот неофициальная реакция была удивительна. Блант «получил более 200 писем с выражением поддержки и только полдюжины враждебных писем» – так написано в его мемуарах. Он продолжил заниматься любимой работой, писать книги и статьи по искусству. Монография «Искусство и архитектура во Франции, 1500–1700» была переиздана пять раз и до сих пор считается основным трудом по этой теме.
    
В 1983 году Энтони Блант умер от сердечного приступа в возрасте 75 лет. Спустя четверть века стали доступны его мемуары, написанные в последние четыре года жизни. Публикациями отрывков из них англо-саксонская пресса постаралась выместить всю злобу и досаду за то, что выходец из самого ядра британской системы сделал выбор в пользу совсем других ценностей. 
+1
    609