Последние новости


«Молодая Гвардия». Любовь Шевцова: подвиг разведчицы

20 февраля 2018
999
0

75 лет назад, 9 февраля 1943 года, в Гремучем лесу на окраине города Ровеньки на Луганщине были расстреляны Олег Кошевой, Любовь Шевцова, Семён Остапенко, Дмитрий Огурцов и Виктор Субботин. Все они являлись членами подпольной комсомольской антифашистской организации «Молодая Гвардия», действовавшей с сентября 1942 по январь 1943 года в оккупированном немцами Краснодоне и насчитывающей, по последним данным, более 120 человек. Самому младшему из них было четырнадцать лет, а пятидесяти пяти никогда не исполнилось девятнадцати. Почти все они погибли.


При этом ни в романе Александра Фадеева, ни в последующих публикациях советского периода ни словом не говорится о том, что в составе «Молодой Гвардии» – и особенно в её штабе – были чекисты, направленные в тыл немцев в составе разведывательно-диверсионных групп 4-го Управления НКВД УССР и четвертых отделов областных УНКВД. А между тем, именно эти подразделения и решали задачи по дезорганизации тылов немецко-фашистских войск, срыву мероприятий оккупационного режима, организации разведывательной и диверсионной деятельности на важных объектах и коммуникациях противника. На базе выведенных за линию фронта оперативно-чекистских групп и спецотрядов в дальнейшем организовывалась боевая и агентурно-оперативная работа органов госбезопасности в тылу врага, которая способствовала расширению фронта антифашистской борьбы на временно оккупированной территории, вовлечению в эту работу местных патриотически настроенных граждан.

 

В фонде личных и рабочих дел агентуры оперативного архива 10-го отдела КГБ УССР хранилось более 1100 томов с материалами на 95 разведывательно-диверсионных отрядов, групп и резидентур бывшего 4-го Управления НКВД-НКГБ УССР. В них содержатся сведения о командирах и личном составе спецформирований, характере выполнявшихся заданий, сообщения о проделанной работе, доклады об обстановке на оккупированной территории, результатах агентурно-оперативной работы за линией фронта.


В Справке 10-го отдела КГБ УССР от 26.06.1987 приведены сведения на 60 спецотрядов, оперативно-чекистских групп и резидентур. Среди них резидентура «Максима» – лейтенанта госбезопасности Ивана Даниловича Кудри, посмертно удостоенного звания Героя Советского Союза, нанесшая колоссальный урон немцам в оккупированном Киеве и вскрывшая заброшенную абвером в советский тыл агентуру. Здесь же архивное дело на резидентуру «Тайга» из 5 человек под руководством В.Ф. Соловьёва, созданную 1-м Управлением (внешняя разведка) НКГБ УССР накануне войны с заданием проникнуть в руководящие звенья украинского националистического подполья. Резидентурой, помимо другой важной информации, добыты сведения об обстоятельствах покушения бандитов ОУН-УПА на командующего 1-м Украинским фронтом, генерала армии Николая Фёдоровича Ватутина.


И вот наконец то, что мы искали – появляются следы «Молодой Гвардии». 29 мая 1942 года на территорию Днепропетровской области в тыл врага была выброшена резидентура «Днипро» в составе 6 человек. Резидент – Ф.П. Жила (оперативный псевдоним «Хмара»). В результате предательства радиста резидентура была разгромлена немцами. Участник резидентуры Владимир Михайлович Загоруйко (оперативный псевдоним «Раенко») стал членом «Молодой Гвардии» и погиб в Краснодоне вместе с другими молодогвардейцами в 1943 году.


Далее идет архивное дело в 10 томах на резидентуру «Буря», в составе которой: резидент Г.М. Костенко (оперативный псевдоним «Кузьмин»), агенты «Акулов», «Демидов» и «Чеботарёв», а также разведчик-радист «Григорьева». Они были оставлены в городе Ворошиловграде (ныне Луганск) при отступлении Красной Армии.


Под именем разведчик-радист «Григорьева» скрывается не кто иная, как Любовь Григорьевна Шевцова, ставшая одним из руководителей подпольной организации «Молодая Гвардия» в городе Краснодоне, посмертно удостоенная звания Героя Советского Союза.

 

Любовь Шевцова родилась 8 сентября 1924 года в посёлке Изварино Краснодонского района Ворошиловградской области. Она была единственной дочерью в семье Григория Ильича и Ефросиньи Мироновны Шевцовых. В 1927 году семья переехала в Краснодон. Учась в школе, Люба отличалась твёрдым и задиристым характером, побеждала на спортивных соревнованиях, участвовала в художественной самодеятельности и посещала кружок юннатов.


В первые месяцы войны она оканчивает курсы медсестёр и работает в военном госпитале в Краснодоне. Но фронт приближается, и Люба идет на решительный шаг. Она пишет письмо следующего содержания:

 

Начальнику НКВД от Шевцовой Любови


Григорьевны, год рождения 1924.


ЗАЯВЛЕНИЕ


Прошу начальника Н.К.В.Д. принять меня в школу радистов, так как я желаю быть радистом, в нашей Советской стране служить честно и добросовестно. И по окончанию этой школы я обязуюсь выполнять все задания в тылу врага и на фронте. Гордо и смело выполнять боевые задания за “Родину, за Сталина”. Прошу не отказать в моей просьбе.


Шевцова


31/III-1942 г.

 

Факт обучения Любы профессии радиста приводится во многих публикациях советского времени, однако в них не упоминается разведшкола НКВД. Например, в брошюре «Вожаки “Молодой гвардии”», изданной в Донецке в 1976 году, говорится: «Люба мечтала стать артисткой. Но началась война, и она избрала для себя другую профессию – профессию разведчика. Люди, которые руководили подготовкой Любы в Ворошиловградской специальной школе партизан и подпольщиков, отмечают, что она обладала боевыми качествами подпольщика. После окончания школы Шевцова получила радиопередатчик и в июле 1942 года была оставлена для связи с одной из партизанских групп, действовавших в оккупированном Ворошиловграде».

 

22 сентября 2003 года на страницах «Комсомольской Правды» Ольга Мусафирова сообщила, что вышла на проживавшего в Киеве полковника госбезопасности в отставке Леонида Николаевича Дубинина, в свое время руководившего подготовкой разведчицы. «Накануне нашей встречи, – пишет она, – когда уже имелось “добро” на работу с архивными документами СБУ Украины, Леониду Николаевичу позвонили. Мол, “Комсомолка” хочет взять интервью – не откажете? Несмотря на преклонный возраст – 88 лет – Леонид Николаевич обладал феноменальной памятью. А на следующее утро Леонида Николаевича не стало... Дочь сказала: “Умер как чекист – мужественно и молча”. Нить оборвалась. Люди этой профессии редко пишут мемуары. То немногое, что полковник Дубинин доверил бумаге, не могло дать ответа на все вопросы...»

 

Как выяснилось, в разведшколе НКВД курсантов обучали прыжкам с парашютом, баллистике, топографии, владению советским, немецким, румынским и итальянским оружием, умению выживать в лесу без пищи и воды, методам конспирации и приемам самообороны, с ножом и без него. Особое внимание уделялось работе с рацией: скорости приема и передачи радиограмм в условиях, когда каждая минута в эфире на вес жизни. Леонид Николаевич Дубинин преподавал минно-взрывное дело: «Я учил их пользоваться взрывчаткой, электродетонаторами и бикфордовым шнуром, а также самостоятельно изготовлять взрывчатые вещества из обычных аптечных препаратов, показывал, как лучше вывести из строя объект... Особенно дотошной оказалась девушка-блондинка по имени Люба. 11 июля подготовка группы завершилась, а 16-го Луганском овладели немцы... После освобождения Украины я снова оказался на Донбассе. В конце лета 1943-го мы узнали о героизме подпольщиков краснодонской группы «Молодая гвардия». Выяснилось, что активную роль в ней играла Люба Шевцова, та самая Люба, с которой мы познакомились на специальных курсах».


Вот справка на радиста разведывательно-диверсионной резидентуры «Буря» по Ворошиловградской области Шевцову Любовь Григорьевну: «Окончила курсы с оценкой на "хорошо". Тов. Шевцова обладает всеми необходимыми качествами для работы в тылу, а именно: сообразительная, находчивая, может выйти из затруднительного положения. Может быть зачислена в группу "Кузьмина" для оставления в г. Ворошиловграде.
Начальник отделения 4-го Управления л-т госбезопасности Горюнов».


Вместе с Любой Шевцовой и Владимиром Загоруйко разведшколу окончили двоюродные братья Василий и Сергей Левашовы, которые в начале августа в составе другой диверсионно-разведывательной группы были заброшены в тыл противника. На протяжении месяца они уничтожали вражеские объекты, собирали разведданные о противнике, которые Василий, будучи радистом, передавал в Центр. 29 августа 1942 года во время очередного сеанса радиосвязи группа была окружена немцами. С большим трудом ей удалось вырваться и по одиночке уходить в сторону Донбасса. 5 сентября Василий Левашов оказался в Краснодоне. Здесь он становится членом штаба «Молодой гвардии». А когда здесь появилась Люба Шевцова, он сразу узнал ее и привлек к работе. Когда в январе 1943 года начались аресты, Левашову одним из немногих удалось скрыться. В августе того же года он сумел перейти линию фронта, в составе Красной Армии форсировал Днепр, освобождал Николаев, Одессу, Кишинёв, Варшаву, штурмовал Берлин. После войны Василий Иванович Левашов служил на флоте, окончил службу в звании капитана 1-го ранга. С 1991 года и до своей смерти в 2001 году Василий Иванович являлся членом Российской коммунистической рабочей партии. 22 июня 2001 года он написал «Обращение последнего молодогвардейца к молодёжи».


В своих воспоминаниях, говоря о Любе Шевцовой, он указывает: «… ее оставили с заданием в Ворошиловграде, когда наши войска покидали город. … Люба – радистка. Возможно, у нее сохранилась радиостанция». Он также упоминает о том, что Любу вызывали в полицию в Краснодоне по подозрению, «что она училась на курсах “шпионок”». Об этом же рассказывала и мать Любы Ефросинья Мироновна, которой дочь по возращении из полиции сообщила, что «отбрехалась, сказала, что училась, а потом работала в одном из военных госпиталей».


К сожалению, не обошлось без трусов и предателей. Например, хозяин явочной квартиры напрямую заявил, что не желает быть повешенным немцами и однажды попросту не пустил девушку на порог. А командир решил ждать, покуда потерявший своих разведчиков «Центр» сам не начнет их искать и не пришлет связника. А до поры, мол, следует затаиться, не предпринимая никаких действий, чтобы не «погореть» раньше времени. Для верности он спрятал рацию, а затем и вовсе избавился от неё – так что группа осталась без связи.


Тогда Люба решила действовать на свой страх и риск: ведь по легенде она была эстрадной певицей – пригодилось участие в художественной самодеятельности. Она переехала в Краснодон и устроилась на работу в варьете, где бывали немецкие офицеры – почти как верная помощница легендарного Николая Кузнецова красавица Лидия Лисовская в Ровно.


Вот как вспоминают её очевидцы: «Вся броская, с яркими рыжеватыми волосами, красивая, с точеной фигуркой, модно одетая, Люба казалась необыкновенно артистичной». Её так все и звали – Любка-артистка! Немецкие офицеры назначали ей свидание, провожали домой. Идя по улице под руку с офицером, Люба знала, что сейчас многие смотрят на нее с презрением и недоумением: как она могла? Такая хорошая была девчонка и вот...

 

Она ловила на себе презрительно-недоуменные взгляды, но улыбалась в ответ так, как могла только она: шаловливо, обаятельно, кокетливо. Девушка знала: игра стоила свеч. Ведь Люба могла легко проходить туда, куда не было доступа товарищам. А потом они вместе появлялись там, чтобы выполнить задание штаба. В фондах краснодонского музея лежит финка – оружие, о котором никогда не скажешь, что оно принадлежало тоненькой весёлой девушке.


С молодогвардейцами Любу скорее всего познакомил её однокурсник по разведшколе Василий Левашов. Командиром организации был Иван Туркенич, комиссаром, по разным сведениям — либо Олег Кошевой, либо Виктор Третьякевич. В штаб входили Иван Земнухов — начальник штаба, Георгий Арутюнянц — служба информации, Олег Кошевой — служба безопасности, Василий Левашов — командир центральной группы, Сергей Тюленин — командир боевой группы. Позже в штаб были введены Ульяна Громова и Любовь Шевцова.


Молодогвардейцы распространяли сводки Совинформбюро, освобождали советских военнопленных, перерезали телефонные провода, отбили у немцев стадо скота в 500 голов и разогнали его по ближайшим хуторам и поселкам. В ночь с 6 на 7 ноября 1942 года в канун 25-й годовщины Великой Октябрьской социалистической революции молодогвардейцы вывесили на зданиях школы, бывшего райпотребсоюза, больницы и на самом высоком дереве городского парка красные флаги. «Когда я увидела на школе флаг, — рассказывает жительница города Краснодона М.А. Литвинова, — невольная радость, гордость охватили меня. Разбудила детей и быстренько побежала через дорогу к Мухиной. Её я застала стоящей в нижнем белье на подоконнике, слезы ручьями расползались по ее худым щекам. Она сказала: “Марья Алексеевна, ведь это сделано для нас, советских людей. О нас помнят, мы нашими не забыты”».


Есть документальные подтверждения того, что Любовь Шевцова разыскала своих коллег из другой спецгруппы НКВД и установила с ними связь. Вот выдержки из рассказа матери Любы Ефросиньи Мироновны, записанного в марте 1943 года: «После оккупации каждый месяц по четыре раза Люба ходила в Ворошиловград. Объясняла: за солью или перепрятываться от немцев, чтобы не угнали в Германию. В сентябре 1942 года к нам в дом вечером пришли двое неместных мужчин в штатском, одному на вид лет тридцать пять, другому за сорок. Я слышала через дверь, как Люба говорила: "Вызывала, но не смогла вызвать!" Я потом спросила: зачем ты связываешься с пожилыми мужчинами и кого ты им вызывала? Люба ответила, что это просто знакомые и никого она не вызывала. 10 декабря 1942 года мужчины пришли снова. Развернули карту и вместе смотрели, беседовали пять часов, о чем - не знаю. В ту ночь, когда ушли эти два человека, в Краснодоне сгорела биржа. 14 декабря Люба снова ушла в Ворошиловград и пробыла там пять дней. Вернувшись, спросила: что говорят женщины на базаре о поджоге биржи? И еще сказала, что если товарищи дадут ей еще работу, то она на несколько сантиметров подрастет. "Какую работу?" - "Взорвать помещение полиции". Но мужчины больше не приходили».

 

Здесь ошибка только в дате – на самом деле операция по поджогу биржи труда, которую в народе окрестили «чёрной биржей», была проведена в ночь с 5 на 6 декабря – в День Конституции СССР. Операцию провела диверсионная группа в составе Любовь Шевцова, Сергей Тюленин и Виктор Лукьянченко. Были уничтожены списки людей, предназначенных к угону в Германию, включая их трудовые карточки и адреса. Благодаря проведенной акции тысячи советских людей избежали немецкой каторги.


Молодогвардейцы готовились также к вооруженному восстанию в Краснодоне, в ходе которого планировалось разгромить немецкий гарнизон и соединиться с наступающими частям Красной Армии. Но этим планам уже не суждено было сбыться. Как выяснилось впоследствии, радистку «Григорьеву» уже давно выслеживал абвер – среди курсантов школы НКВД оказался предатель.


Из допроса следователями НКГБ обвиняемого Шаповалова в марте 1943 года:


– Вы знаете радистку Шевцову?


– Я не знаю, но мне Павлик рассказывал о том, что ему начальник немецкой разведки Тан дал задание установить знакомую ему радистку Шевцову и Панченко Валю, также проживающую в Ворошиловграде. В декабре 1942 года я и Павлик указанных радисток установили, но не обнаружили по месту жительства. Тан был очень недоволен этим и приказал своему помощнику лично заняться их розыском.


В первый день нового, 1943 года за Любой пришли двое. Местный полицай и солидный мужчина в полупальто с барашковым воротником, барашковой шапке и темно-синих брюках – обычно с такой подчеркнутой роскошью немцы экипировали добровольных помощников абвера. Он сказал: «Ну что, Люба, поедем в Ворошиловград? Для тебя есть работа!»


Из рассказа Ефросиньи Мироновны Шевцовой, записанного в марте 1943 года: «...Люба попросила: “Сожги все бумаги, что лежат в чемодане, и никому ничего не говори”. Я так и сделала. Еще я спросила Любу: “Ты знаешь этого человека?” – “Да, он учился вместе со мной в школе...”»
Из допроса бывшего следователя краснодонской полиции Усачева в сентябре 1947 года: «Шевцова проходила по делу вскрытой СД в Ворошиловграде антифашистской организации как ее активная участница. Показаний не дала и как радистка в категорической форме отказалась от сотрудничества». Иными словами, отказалась работать под контролем.

 

14 февраля 1943 года в Краснодон вошла Красная Армия. День 17 февраля стал траурным, полным плача и причитаний. Из глубокого темного ствола шахты № 5 бадьей доставали тела замученных юношей и девушек. Узнать их было трудно, некоторых ребят родители опознали только по одежде. Вот некоторые из них:


Ульяна Громова, 19 лет


«….на спине вырезана пятиконечная звезда, правая рука переломана, поломаны ребра» (здесь и далее материалы из архива ФСБ, РГАСПИ, музея «Молодая Гвардия»)


Лида Андросова, 18 лет


«…извлечена без глаза, уха, руки, с веревкой на шее, которая сильно врезалась в тело. На шее видна запеченная кровь»


Шура Бондарева, 20 лет


«…извлечена без головы и правой груди, все тело избито, в кровоподтеках, имеет черный цвет»


Ангелина Самошина, 18 лет.


«На теле Ангелины были обнаружены следы пыток: выкручены руки, отрезаны уши, на щеке вырезана звезда»

 

Майя Пегливанова, 17 лет


«Труп Майи обезображен: отрезаны груди, переломаны ноги. Снята вся верхняя одежда. В гробу лежала без губ, с выкрученными руками»


Тося Елисеенко, 22 года


«Труп Тоси был обезображен, пытая, ее посадили на раскаленную печь»


Борис Главан, 22 года


«Из шурфа был извлечен связанным с Евгением Шепелевым колючей проволокой лицом к лицу, кисти рук отрублены. Лицо изуродовано, живот вспорот»


Володя Жданов, 17 лет


«Извлечен с рваной раной в левой височной области, пальцы переломлены и искривлены, под ногтями кровоподтеки, на спине вырезаны две полосы шириной три сантиметра длиной двадцать пять сантиметров, выколоты глаза и отрезаны уши»


Володя Осьмухин, 18 лет


«Когда я увидела Вовочку, изуродованного, совсем почти без головы, без левой руки по локоть, думала, что сойду с ума. Я не верила, что это он. Был он в одном носочке, а другая нога совсем разута. Вместо пояса вдет шарф теплый. Верхней одежды нет. Сняли звери голодные. Голова разбита. Затылок совсем вывалился, осталось только лицо, на котором остались только Володины зубы. Все остальное изуродовано. Губы перекошены, носа почти совсем нет. Мы с бабушкой умыли Вовочку, одели, украсили цветами. На гроб прибили венок. Пусть лежит дорогой спокойно»…


Через два дня следователи НКВД начали аресты лиц, причастных к гибели подпольной организации. В итоге были составлены списки — причем как немцев, так и местных прислужников нацистов. Например, Вальтер Айхгорн, который в составе жандармской группы непосредственно участвовал в убийствах членов «Молодой гвардии», был найден в Тюрингии, где работал на кукольной фабрике. Нашли и арестовали в Германии и Эрнста-Эмиля Ренатуса, бывшего начальника немецкой окружной жандармерии, лично пытавшего молодогвардейцев и выкалывавшего им глаза.


Из показаний Ренатуса: «Подполковник Ганцог дал нам указание в первую очередь заняться арестами коммунистов, евреев и советских активистов. При этом Ганцог подчеркнул, что для ареста этих лиц совершенно не требуется наличие каких-либо действий против немцев. Тогда же Ганцог разъяснил, что все коммунисты и советские активисты должны быть уничтожены и только в виде исключения заключены в концентрационные лагеря. Будучи назначенным начальником немецкой жандармерии в гор. Краснодоне, я выполнял эти директивы…»


Судьба Олега Кошевого и Любови Шевцовой стала известна после того, как в 1946-1947 годах дали показания бывшие служащие немецкой окружной жандармерии в городе Ровеньки.

 


Из протокола допроса арестованного Гейста от 4 ноября 1946 года:


Вопрос: Установлено, что в период оккупации Ворошиловградской области германскими войсками вы служили переводчиком в немецкой жандармерии в г. Ровеньки. Вы подтверждаете это?


Ответ: Подтверждаю. С августа 1942 года и по день изгнания германских войск из г. Ровеньки Ворошиловградской области я служил переводчиком в окружном жандармском управлении.


Вопрос: Когда и при каких обстоятельствах был арестован Кошевой?


Ответ: Кошевой был задержан в последних числах января 1943 года вблизи железнодорожной станции Карпушино в шести-семи километрах от г. Ровеньки и доставлен в полицию, откуда передан в жандармерию. После непродолжительного следствия он был расстрелян.


Вопрос: Вы принимали участие в его расстреле?


Ответ: Да, я являлся участником расстрела группы партизан, в числе которых был Кошевой.


Из показаний нацистского преступника Якоба Шульца, жандарма немецкой окружной жандармерии в городе Ровеньки, от 11-12 ноября 1947 года:


– Я подвел Шевцову к краю ямы, отошел на несколько шагов и выстрелил ей в затылок, однако спусковой механизм у моего карабина оказался неисправным и произошла осечка. Тогда в Шевцову выстрелил рядом стоявший со мной Холлендер. Во время казни Шевцова держала себя мужественно, на краю могилы стояла с высоко поднятой головой, темная шаль сползла на плечи и ветер трепал ее волосы. Перед расстрелом она не проронила ни слова о пощаде…


Указом Президиума Верховного Совета СССР от 13 сентября 1943 года Любови Григорьевне Шевцовой посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза.


Выше мы сказали, что Василий Иванович Левашов, который учился вместе с Любой Шевцовой в разведшколе НКВД и затем входил вместе с ней в штаб «Молодой Гвардии», написал «Обращение последнего молодогвардейца к молодёжи». Но оказалось, что по данным на 2017 год последней из живых молодогвардейцев является Ольга Степановна Сапрыкина, родившаяся, как и Любовь Шевцова, в 1924 году и проживающая сейчас в городе Москве.


Андрей Ведяев | Завтра
  • Не нравится
  • +1
  • Нравится
Читайте также:
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 90 дней со дня публикации.
Как вы относитесь к переводу казахского языка на латиницу?

ПОДДЕРЖАТЬ ПРОЕКТ RUSSIANSKZ.INFO