Последние новости


«Аппарат колбасит, он не знает, чьи указания выполнять»

28 октября 2019
839
0

Коллаж: © Русские в КазахстанеЭксперты объясняют, что изменится в Казахстане после расширения полномочий Назарбаева

 

Первый президент Казахстана, глава Совета безопасности Нурсултан Назарбаев получил полномочия, позволяющие ему контролировать практически все крупные кадровые решения в стране. Если действующий глава государства Касым-Жомарт Токаев захочет кого-то назначить или снять с должности, теперь ему нужно будет согласовать это решение с Елбасы. «Фергана» опросила экспертов, чтобы узнать, кому это выгодно и к чему может привести.

Приняли вчера, указали сегодня

 

Указ Токаева опубликован на сайте нормативных актов, но на официальном сайте Акорды документа до сих пор нет, и пока никто не дал объяснений по этому поводу. Если говорить о сути указа, то теперь президент будет назначать министров (за исключением глав МИД, Минобороны и МВД), а также акимов областей, городов республиканского значения и столицы только после согласования с председателем Совета безопасности, то есть с Назарбаевым.

 

С главой Совбеза также будут согласовывать кандидатуры руководителей органов, непосредственно подчиненных и подотчетных президенту, — администрации и Управления делами президента, Генпрокуратуры, КНБ, Нацбанка, Республиканской гвардии, Службы внешней разведки, Службы охраны главы государства, Счетного комитета по контролю за исполнением республиканского бюджета и Агентства по противодействию коррупции.

 

Новость о расширении полномочий Назарбаева вызвала резонанс. Чтобы успокоить общественность, люди из окружения президента выступили с разъяснениями. Пресс-секретарь Токаева Берик Уали заявил, что подписание указа продиктовано положением нового закона о Совете безопасности, принятого еще в июле 2018 года. Документ предусматривает усиление полномочий коллегиального органа, во главе которого пожизненно находится первый президент, пояснил Берик Уали. И действительно, в числе функций Совбеза летом прошлого года прописали «обсуждение кандидатур, рекомендуемых к назначению на должности первых руководителей центральных и местных исполнительных органов областей, городов республиканского значения и столицы, а также государственных органов, непосредственно подчиненных и подотчетных президенту Республики Казахстан».

 

В свою очередь министр юстиции Марат Бекетаев подчеркнул, что речи об ослаблении президентской власти не идет, но отметил, что во время консультации «все разногласия должны быть сняты» и «последнее слово — за Советом безопасности».

 

Правда, позднее Берик Уали назвал комментарий Бекетаева некорректным, подчеркнув, что Касым-Жомарт Токаев может советоваться с Елбасы, но кадровые решения принимает самостоятельно.

 

Без Назарбаева никак

 

Но зачем нужно было издавать отдельный указ, если кандидатуры ключевых госорганов и так обсуждаются с Совбезом?

 

«Обсуждение кандидатур в руководители центральных госорганов в Совбезе хоть и введено законом еще в прошлом году, но при назначении главы администрации президента и акимов у Совбеза, насколько я помню, никто не спрашивал. Введена внутренняя процедура, но технически она необязательна. Данный указ, видимо, результат определенного компромисса и сделан в развитие закона «О Совете безопасности», учитывая статус первого президента. Его мнение как бы запрашивается, но за последние полгода на Совбезе никого (из кандидатов) не обсуждали», — рассказывает политолог Данияр Ашимбаев.

 

После своей инаугурации Токаев успел сменить нескольких министров и акимов. Причем в его кадровой политике прослеживался акцент на «омоложение». К примеру, министром образования и науки он назначил 37-летнего Асхата Аймагамбетова, а столицу доверил молодому акиму Алтаю Кульгинову (41 год).

 

По мнению ряда экспертов, политические тяжеловесы могли пожаловаться на то, что новый президент меняет их на молодых. Однако директор Центральноазиатского фонда развития демократии, кандидат политических наук Толганай Умбеталиева считает, что в вопросе назначения на руководящие должности «молодежи» логика Токаева понятна. Эксперт, проанализировав последнее заявление Назарбаева об отсутствии двоевластия в стране, полагает, что, возможно, появились новые обстоятельства, заставившие экс-президента и его ближайшее окружение поменять мнение. «С одной стороны, много тяжеловесов оказались вне игры, занимая второстепенные должности. С другой — что будет с Nur Otan (правящей партией — прим. ред.), и как партия без Назарбаева будет включена в политическую борьбу? Я говорю сейчас не о парламентских выборах, а о внутриэлитных играх. У партии положение было вне игры, и у Байбека (первого заместителя главы Nur Otanа — прим. ред.) не хватило бы политических сил и возможностей быть в центре без дополнительных властных инструментов. Ведь лидер партии — Назарбаев — уже не оказывал влияния на кадровый состав правительства и руководителей областей, — продолжает Умбеталиева. — Поэтому было интересно, как теперь политическая конструкция будет работать. Была надежда, что Байбек сможет использовать те возможности, которые открывались, как для увеличения своего веса внутри элиты, так и для изменения политической конструкции, создав для себя политическое пространство для роста, изменив положение партии. Но вместо этого ввели опять Назарбаева, поставив в зависимость от него кадровые вопросы».

 

Кто в доме хозяин

 

Про усилившееся влияние нового президента на кадровый состав высокопоставленных чиновников заговорили минувшим летом. Большой шум вызвало увольнение администрацией Токаева акима Шымкента Габидуллы Абдрахимова после видеообращения из Лондона, где тот напутствовал, как нужно тратить заработанные в Казахстане деньги. «Возникли моменты, когда Токаев пытался выходить за красные флажки. Наглядным примером была ситуация с акимом Шымкента, которого отправили в отставку. Но через какое-то время он был назначен заместителем премьер-министра, что явно и четко показывало, что в таких кадровых вопросах последнее слово остается за Назарбаевым», — комментирует политолог Досым Сатпаев.

 

Нынешний указ, считает эксперт, был публично озвучен не для общества, а для всего госаппарата, чтобы в очередной раз показать всем, кто в доме хозяин. «Если бы Назарбаев хотел не придавать вопросу публичности, чтобы сохранить Токаеву некую репутацию серьезного игрока, эта информация и не распространилась бы. Но ее демонстративно выдали даже те, кто не выдает информацию без согласования с окружением первого президента. Повторюсь, информация была публично распространена, чтобы и в обществе, и в элите знали, кто в доме хозяин и что у Токаева стало больше красных флажков и бетонных ограждений», — рассуждает политолог.

 

Демонстративное позиционирование первого президента в качестве хозяина дома ударит по репутации Токаева в глазах в первую очере бюрократического аппарата, который будет понимать, что ключевые вопросы не зависят от нынешнего главы государства, продолжает Сатпаев. «А наличие возможности влиять на кадровые перестановки — мощный рычаг, автоматически повышающий статус любого представителя власти. Когда у Токаева демонстративно забрали этот статус, то он в глазах части бюрократического аппарата потерялся как ключевой игрок. Элита будет считать, что все вопросы в окончательной версии будут зависеть от первого президента», — считает он.

 

Кстати, в СМИ периодически появляются публикации о возможном конфликте между командами Токаева (администрацией президента) и Назарбаева (канцелярией первого главы государства). Например, катарский телеканал «Аль-Джазира» обратил внимание на уголовное дело, которое было возбуждено по проекту легкорельсового метро в Нур-Султане, — оно касается близкого окружения Нурсултана Назарбаева, считают журналисты канала. Во время совещания в начале октября нынешний глава государства сказал, что «нужно углубить» расследование этого дела. «Хотя Токаев не назвал имен [кого нужно привлечь к расследованию], его приказ мог означать, что он нацелен на бывших и нынешних членов окружения его патрона и предшественника Нурсултана Назарбаева», – полагает «Аль-Джазира».

 

Власть в одних руках. Но в чьих?

 

Появление указа, расширяющего полномочия Назарбаева, породило новый виток разговоров о существовании двоевластия в Казахстане. Однако эксперты, опрошенные «Ферганой», скептически относятся к такой постановке вопроса. Руководитель офиса Института мировой экономики и политики Аскар Нурша убежден, что никакого двоевластия в республике нет. «Говорить о двух башнях в Казахстане нет оснований. Тем более сам Токаев себя не отделяется от Елбасы и позиционирует себя как человек, который находился в одной с ним команде, и говорит о продолжении преемственности курса первого президента», — считает он.

 

Более того, сложившуюся ситуацию эксперт видит частью сценария по транзиту власти. «Сама ситуация, я думаю, была срежиссирована Елбасы, то есть сам процесс транзита. Это часть сценария, согласно которому у нас избирается новый президент, но на период его становления бывший президент сохранит свои позиции как ключевая фигура в политическом поле и законодательно сохранит гарантии того, что ключевые решения будут с ним согласовываться. Поэтому ситуацию не надо воспринимать как соперничество, речь по большому счету о покровительстве. Елбасы таким образом обеспечивает преемственность и стабильность госаппарата. И покровительство следует оценивать не в контексте демократии, а в контексте того, что это есть инструмент для предотвращения такого соперничества», — резюмирует Нурша.

 

Досым Сатпаев в свою очередь особо указывает, что после ухода с поста президента Нурсултан Назарбаев сохранил за собой один из ключевых механизмов контроля элит – кадровые вопросы. «Когда Назарбаев выбирал Токаева в качестве своего преемника, естественно, он оценивал его с разных позиций. В первую очередь есть ли у него команда, сеть людей, которые работали бы в государственной вертикали, в регионах, нацкомпаниях. У Токаева таких людей не было. Второе — то, что Токаев не был олигархом, следовательно, физически не обладал большими ресурсами для ведения собственной политической игры. Третий момент — отсутствие у Токаева политических амбиций, чтобы бросить вызов первому президенту. Но опыт других стран показывает, что у человека, получившего хотя бы немного власти, рано или поздно появляются амбиции», — размышляет Сатпаев.

 

С его слов, хоть Токаев и стал демонстрировать в определенных направлениях больше самостоятельности, никакого двоевластия в Казахстане не было и нет. «С самого первого дня после 19 марта (своей отставки) у первого президента остались серьезные рычаги как у председателя Совбеза, председателя партии Nur Otan и по контролю силовых структур», — отмечает Сатпаев.

 

Какие ожидания у элиты и населения

 

Аскар Нурша напоминает, что, независимо от того, как к друг другу относятся первый и второй президенты Казахстана, никто не отменял аппаратные игры, из-за которых могло сложиться ошибочное мнение о двоевластии. «Когда Путин был премьер-министром, а Медведев президентом, окружение Медведева тоже уговаривало уволить Путина с поста премьера. Тогда тоже были разговоры о двух башнях, о соперничестве, которое в итоге не подтвердилось. Медведем был и остался лоялен к Путину. То, что Медведев до сих пор на посту премьера, означает, что Путин оценил его лояльность. Поэтому понятно, что у нас есть «библиотека» (офис Назарбаева — прим. ред), есть Акорда. И нельзя исключать напряженность между аппаратами, политическими кланами. Но всегда существуют кланы, которые будут стремиться заменить Токаева своим претендентом, у которого своя линия, свой курс», — рассуждает эксперт.

 

В сложившейся ситуации элиты хотят четких правил игры, которые на данный момент конкретно не сформулированы, считает Данияр Ашимбаев. «Безусловно, сама ситуация дает многим возможность поиграть на ней, и ею пользуются третьи и четвертые силы. Понятно, что у них (Назарбаева и Токаева) могут быть определенные тактические разногласия, но говорить о системном конфликте поколений, кланов не приходится. Просто есть разница в стилях, подходах. Но жесткого противостояния на данный момент я не вижу. У второго президента, возможно, есть желание что-то поменять. У первого — сохранить курс. Но курс этот им самим неоднократно подвергался ревизиям. Так что, скорее всего, идет привыкание обоих политиков к новой модели. Другое дело, что из-за этого (бюрократический) аппарат колбасит, он не знает, чьи указания выполнять. И плюс со стороны ряда чиновников есть определенное неприятие Токаева. Его функция заставить их себе подчиняться, не нарушая контактность с первым президентом. Да, у обоих, может быть, есть критика друг к другу. Но эта критика рабочая», — уверяет Ашимбаев.

 

Он добавил, что сейчас вырабатываются новые правила игры, и пока это происходит, возможно «массовое недопонимание». «Население, с одной стороны, хочет стабильности, с другой — перемен. Но, олицетворяя Токаева с переменами, не нужно забывать, что он был выдвинут официальным преемником Назарбаева, которому после 30 лет нахождения во власти очень сложно принять изменения без своего контроля. Повторюсь, что сейчас оба президента выстраивают модель взаимодействия. Никогда эта модель ни у нас, ни у кого в постсоветском пространстве не отрабатывалась», — подчеркивает Ашимбаев.

 

В чем слабость Токаева?

 

Аскар Нурша в свою очередь отмечает, что часть общества демонстрирует определенную усталость от прежней конструкции власти. «Люди хотели бы видеть в лице Токаева проводника перемен. И понятно, что они ждут эти перемены, и когда это не происходит быстро, и когда подтверждаются, с их точки зрения, не самые лучшие ожидания, это вызывает определенное разочарование. Но надо понимать, что политический транзит с учетом хорошего физического состояния Елбасы — это более долгосрочный процесс, и ожидать быстрых перемен республике не стоит», — предупреждает политолог.

 

Многие в элите понимают, что Назарбаев — «хозяин дома», но они также понимают, что биологические часы работают против него, и все, что происходит сейчас, будет длиться недолго, считает Досым Сатпаев. «Сейчас идет не транзит, а полутранзит власти. Настоящий транзит начнется, когда Назарбаев совсем уйдет из политического поля. Тогда Казахстан попадет в интересную ситуацию, когда внутри элиты начнется процесс перераспределения сил и ресурсов и появятся варианты развития. Но сейчас мы видим игру против Токаева», — заключает политолог.

 

В сложившейся ситуации минусом для Токаева является то, что пока не прослеживается его собственный политический стиль, добавляет Аскар Нурша. «В демократических государствах, где происходит более частая смена власти, приход нового лица (на пост главы государства) дает возможность для смены политической траектории. Здесь минус в том, что жесткая привязка Токаева к курсу Елбасы не дает возможности Казахстану менять политическую траекторию. Для самого Токаева вопрос заключается в том, что люди продолжают его олицетворять с прежним курсом, и это не дает ему сформировать собственное политическое лицо. Ведь для любого политика как раз нужно именно наличие политического почерка», — напоминает политолог.


Багдат Асылбек | ИА Фергана
  • Не нравится
  • +4
  • Нравится
Читайте также:
Как вы относитесь к переводу казахского языка на латиницу?

ПОДДЕРЖАТЬ ПРОЕКТ RUSSIANSKZ.INFO