Сегодня

   Нур-Султан C    Алматы C
Политика
Повлияли ли текущие кризисные события на ваши миграционные настроения?

Казахстанский эксперт Гусев: После пандемии жизнь в республике уже не будет прежней

Кирилл КурбатовУкраина.ру
5 июня 2020
Член Союза журналистов Республики Казахстан Олег Гусев в интервью изложил свой взгляд на последние события, происходящие в стране, и дал прогноз о том, как сложится ситуация после окончания пандемии


- Олег Иванович, сейчас в Казахстане ослабляются ограничения, введенные в связи с пандемией коронавируса. С какими настроениями общество выходит из карантина? 

— С радостью из карантина выходят все: от врачей до предпринимателей. Но у большинства есть убеждение, что еще максимум месяц, и все вернется на круги своя. Но увы, ничего по-прежнему уже не будет.

- Вы, как житель промышленно развитой Карагандинской области, что можете сказать об экономике? Насколько серьезный ущерб нанесли карантинные меры? 

— Наш регион — это казахстанская сталь, и казахстанская медь, и казахстанский уголь. 20% ВВП страны — это горно-металлургический сектор и нефть. Экспорт продукции добывающей промышленности — это почти 90% всего объема экспорта страны. При этом более 80% — это экспорт нефти и газа, 15% — экспорт продукции горно-металлургического комплекса. А мировые цены и спрос просели.

Как и везде, встал малый бизнес: парикмахерские, кафе, недавно открыли автосервисы. Кафе хоть и работают в режиме доставки, но их доход всегда формировался в зависимости от количества посетителей, а не от количества проданных бифштексов. Так что в карантин первыми полегли общепит, туризм, гостиничный бизнес. Здесь кто успел — сдал в аренду свои гостиницы под карантинные госпитали. Деньги небольшие, но это лучше, чем простаивать.

Вообще, в Казахстане, по меткому замечанию экономиста Айдархана Кусаинова, у нас есть большая экономика — нефть, газ, металлы и все сопутствующее (обслуживающее) вокруг — до 70% всей экономики страны, но в ней задействовано максимум полмиллиона человек. И есть малая экономика, но в ней работает 95% людей: базары-магазины, автосервисы и прочее, что держится на населении.

В главном секторе национальной экономики, за счет которого живет страна, работает всего 5% населения, а во «второстепенном» секторе, который приносит гораздо меньше денег в бюджет РК, чем главный, работает подавляющее количество населения страны.

Сейчас большая экономика споткнулась, а вместе с ней упадет и ВВП страны, но зато получит развитие массовая экономика, малый бизнес.

- Вы сказали, что после карантина ничего по-прежнему уже не будет. А что точно изменится в жизни страны?

— Вы правильно заметили, что у нас промышленный регион, а спрос на металлы, особенно на цветные металлы, падает. Евросоюз вводит пошлины на импортный прокат, России своего металла тоже вполне хватает.

Поэтому у нас будет сокращение производства, и в таком количестве, как сейчас, люди будут не нужны. Соответственно, будут сокращения, и это коснется многих секторов экономики.

Если, скажем, объемы добычи нефти сократятся, то еще как-то можно держать самих работников, но довольно приличное количество сервисных компаний, которые крутятся вокруг нефтяного бизнеса, все свернутся. В таком объеме их услуги будут уже больше не нужны.

Я говорю о том, что будет возникать безработица, а вместе с ней возможна социальная напряженность. Но, слава Богу, у нас анонсировали республиканские проекты по созданию дорог и разного рода строительства, куда будут привлекать людей, оставшихся без работы. Так что жизнь не будет прежней, и какая она будет, станет известно ближе к осени.

— Последние месяцы постоянно обсуждаются сценарии транзита власти в Казахстане. Чем, на ваш взгляд, он в итоге завершится?

— На данный момент уже ясно, что Токаев — а он пользуется поддержкой населения — доработает свой срок, а не уйдет в отставку, передав пост Дариге Назарбаевой. Освобождение Дариги Нурсултановны с должности спикера Сената тому подтверждение. И с каждым днем все больше становится ясно, что Токаев не технический президент.

Да и выступление главы Казахстана на саммите глав стран ЕАЭС лишний раз подтверждает, что он проводит свою политику, хоть и с большим сопротивлением старого госаппарата. Здесь важно понимать, что ЕАЭС в Казахстане позиционируется как чисто назарбаевский проект.

Так что влияние семьи Назарбаевых на казахстанскую политику постепенно будет ослабевать, хотим мы этого или не хотим. Это историческая закономерность, и так будет всегда.

— Недавно в адрес президента Токаева поступила петиция с требованием лишить русский язык статуса межнационального общения. Причем свои подписи под ней поставили и русскоязычные граждане. Откуда такие настроения? Возможно ли превращение Казахстана в откровенно русофобское государство вследствие вмешательства извне или сознательного выбора республиканских элит?

— Это весеннее обострение, на которое наложился еще и карантин. Периодически такие дацзыбао (рукописная стенгазета в Китае, используемая для пропаганды или выражения протеста. — Ред.) всплывают с самых первых дней независимости Казахстана. Казахстан — это евразийская страна, и она не станет русофобским государством ввиду исторических связей и общности культур. Критического количества русофобов в казахстанской элите нет и не будет даже ввиду одного простого факта: РК находится на стыке караванных путей. Так что или сиди и тихо ненавидь, или дружи, торгуй и зарабатывай деньги. Ну и важно понимать, что условный Запад сейчас сильно подсократит количество выделяемых на русофобию печенек.

Да и Казахстан — не Украина, где русофобию сознательно взращивали не 20, не 30 и не 50 лет.

- Недавно гражданина Казахстана, воевавшего на стороне ДНР, приговорили к 4,5 годам лишения свободы за участие в иностранных вооруженных конфликтах. Чью сторону власть и общество занимают в украинском кризисе и может ли эта позиция как-то поменяться?

 - Это, если я не ошибаюсь, уже не первый осужденный по такой статье. Позиция казахстанской власти здесь проста: граждане РК не должны участвовать в иностранных вооруженных конфликтах, но Казахстан готов предоставить площадку для переговоров между противоборствующими сторонами. Не думаю, что в ближайшее время эта позиция изменится.

- А то некоторые казахстанские СМИ и политики уже высказывали «опасения», что граничащие с Сибирью регионы якобы могут последовать примеру Крыма…

— Да нет таких «опасений». Эту карту всегда разыгрывают те, кому это политически выгодно. Просто им надо обострить отношения с Россией, чтобы на этом фоне что-то себе урвать. В этом смысле для них нет разницы, обострять эти отношения с Россией, Узбекистаном или Киргизией. Причем с Киргизией при прежнем президенте отношения обострились так, что граница фактически встала.

Это вопрос сиюминутной выгоды. Нет такого, чтобы большая масса народа сидела, переживала и дрожала на тему, что Россия якобы заберет себе северные территории. Это бред какой-то, нет такого. У тех людей, кто реально управляет процессами в Казахстане, нет таких политических опасений и просто быть не может. Повторюсь, это сценарий для того, чтобы поиметь с этого какую-то сиюминутную выгоду.

- Как, на ваш взгляд, сложатся дальнейшие отношения России и Казахстана, с учетом всего сказанного выше?

— Давайте посмотрим, куда в рамках разрушающегося либерального проекта и образования панрегионов пойдет Казахстан?
Западу он нужен только в качестве колониального сырьевого придатка. А после этого кризиса упадет спрос на наши ресурсы, а вместе с ним и интерес в стране.

Броситься в объятия Китая — это значит через 20-30 лет быть ассимилированным и исчезнуть и как народ, и как государство.
Вспомним основателя: чтобы объединиться, нам нужно окончательно размежеваться. Размежевание сейчас происходит и будет происходить по линии ЕАЭС. Причем оно пойдет на пользу нашему содружеству, так как наконец-то разрешатся старые евразийские проблемы.

Россия и Казахстан нужны друг другу. Нам нужны рынки друг друга, железные и автомобильные дороги друг друга, технологии друг друга. Пришла пора создавать союзные корпорации и  т.д. Азиатская мудрость гласит: «Близкий сосед лучше дальней родни». Мудрее не скажешь.
+4
    4 112