Сегодня
427,88    502,93    64    5,51
   Нур-Султан C    Алматы C
Политика
Повлияли ли текущие кризисные события на ваши миграционные настроения?

Не грозит ли белорусский сценарий Киргизии после парламентских выборов?

Евгений ПогребнякРитм Евразии
29 сентября 2020
В республике 4 октября в условиях кризиса пройдут парламентские выборы. Накал борьбы, даже несмотря на пандемию, предельно высок. Провластные партии уже заручились немалой поддержкой и считаются фаворитами. Оппозиция считается аутсайдером и может остаться без представительства в Жогорку Кенеше. При таком исходе, что не исключают эксперты, она может попытаться заручиться иностранной поддержкой и получить власть, пренебрегая результатами выборов. 

Такие партии-гиганты, как «Биримдик», «Кыргызстан» и «Мекеним Кыргызстан», по мнению большинства политологов, фактически обеспечили себе парламентское большинство. Поскольку, кроме административного ресурса, они имеют в своём составе немало политических тяжеловесов, каждого из которых поддерживают тысячи верных сторонников.

Оппозиционные партии в большинстве своём имеют прозападные взгляды, при этом разрозненны и могут вовсе не преодолеть 7%-й барьер, либо же получить минимальное представительство в законодательном органе. В такой ситуации они могут не признать выборы, сославшись на массовые фальсификации при голосовании и обратиться за помощью к западным странам, как это сделала политическая оппозиция в Белоруссии.

Возможный сценарий кыргызстанских выборов и потенциальные изменения во внешней политике страны после них на онлайн-конференции обсудили эксперты из России и Кыргызстана. Участники мероприятия, организованного Клубом региональных экспертов «Пикир», разделились во мнении о степени влияния США на текущую ситуацию в Кыргызстане.

Запасная революция


По мнению эксперта в области международных отношений Марса Сариева, в ближайшие годы евразийский внешнеполитический курс Кыргызстана останется прежним, а США после провала цветной революции в Белоруссии попытаются перенести сюда протестную активность.

«Пандемия привела к краху глобализации, и теперь мировым трендом становится формирование субрегиональных блоков. Я думаю, что центром одного из них станет Евразийский экономический союз, который будет расширяться и набирать влияние. Что касается геополитического проекта США С5+1, то он тоже продолжит свое существование, страны Центральной Азии будут в нём присутствовать, но задавать ритм он не будет», – считает М. Сариев.

При этом события, происходящие в разных странах бывшего Советского Союза, так или иначе связаны между собой. Белоруссия смогла стабилизировать внутриполитическую ситуацию, но белорусский кризис показал, что все постсоветские государства находятся в эпицентре геополитической схватки.

«После парламентских выборов «белорусская» ситуация может сложиться и в Кыргызстане, – отметил эксперт. – Уже сейчас ОБСЕ, ЮСАИД и их местные субподрядчики подготовили предварительные соцопросы, они будут проводит экзитполы во время голосования, и когда «рейтинговые», по их версии, партии не пройдут в парламент, это станет спусковым крючком, как это было в Белоруссии, для того, чтобы объявить результаты, диаметрально расходящиеся с официальными данными.

Стабилизировав внутриполитическую ситуацию, Минск тем самым на какое-то время стабилизировал все постсоветское пространство, но Запад всегда имеет «запасной план». Потому что западные геополитические проекты имеют много слоев. Так что, несмотря на то, что сценарий, который не прошёл обкатку в Белоруссии, будет непригоден для Казахстана или Кыргызстана, вполне может быть использован какой-то другой, так скажем, эволюционный сценарий.

В любом случае у нас в парламенте окажутся партии, в состав которых входит целая когорта молодых людей – волонтеров и представителей неправительственных организаций, на которых в дальнейшем и будут опираться ЕС и США для реализации своих геополитических планов», – считает М. Сариев.

Неравнозначное соглашение


Одной из тем конференции стало планируемое соглашение о сотрудничестве между КР и США. По мнению сопредседателя эксперта Шерадила Бактыгулова, оно учитывает только американские интересы, а никак не кыргызстанские.

«В новом варианте документа мы фактически очень мало что получаем от этого сотрудничества, – отметил эксперт. – В нём, например, говорится об освобождении от налогообложения граждан США, поставок товаров, услуг и так далее. Кроме того, наделяются дипломатическим статусом и неприкосновенностью не только персонал посольства и сотрудники аффилированных с правительством США международных организаций, но и все, кто с ними так или иначе сотрудничает. Включая представителей местных неправительственных организаций, имеющих западное финансирование.

Как такое возможно? Это не имеет никакого отношения к сотрудничеству между Кыргызстаном и США. Чтобы соблюсти паритет, мы тогда должны зарегистрировать свои НПО в США и получить для них дипломатический иммунитет», – отметил Ш. Бактыгулов.

Одним из принципов внешнеполитического курса Кыргызстана всегда являлась многовекторность, т. е. равнозначное взаимодействие со всеми мировыми центрами силы.

«Для Бишкека это не попытка усидеть на нескольких стульях одновременно, это стремление найти баланс удовлетворения собственных государственных интересов, – считает он. – При этом стратегическими партнёрами Кыргызстана являются Россия и КНР, с другими странами мы работаем по тем или иным направлениям, и вот этот перечень необходимо расширять. Конечно, это сложная задача, решение которой, я думаю, должен взять на себя новый состав парламента», – отметил Ш. Бактыгулов.

С принципом приверженности Бишкека политике многовекторности согласен и политолог Эдил Осмонбетов.

«Я думаю, что Кыргызстан должен иметь хорошие отношения со всеми соседями по региону, а также он должен перезагрузить отношения с США. Мы должны иметь хорошие отношения с Западом, потому что сейчас идет формирование нового постпандемического мирового устройства, и происходят тектонические геополитические сдвиги, а в этих условиях нам нужно быть геополитически адаптивными, внимательно следить, чтобы не оказаться в ненужных нам схемах, играх и т. д.

Я думаю, что формат С5+1 является дееспособным рабочим проектом, и это прекрасно понимает Китай, который создал свой аналог этого формата. Чем он хорош? Тем, что объединяет все страны ЦА, тогда как, например, в ЕАЭС входят не все страны региона», – считает Э. Осмонбетов.

Избежать иностранного вмешательства


В свою очередь глава Евразийского аналитического клуба Никита Мендкович заявил, что Москва придерживается устойчивой позиции невмешательства во внутренние дела иностранных государств, даже несмотря на то, что западные «партнёры» ведут себя совсем иначе.
«Такие действия России – это не политическая декларация, а прагматический подход. Поскольку, вмешиваясь во внутреннюю политику других государств, любая страна берёт на себя ответственность за то, что будет происходить потом, возникает необходимость поддерживать приведенное к власти правительство. Мы в советском прошлом такой опыт имели в Афганистане, что стоило нам очень дорого, поэтому сейчас такой подход со стороны России практически исключен. Москву вполне устраивает тот уровень отношений, которые сейчас есть с Кыргызстаном», – высказал свою точку зрения московский эксперт.

Если посмотреть на ситуацию в Белоруссии, то, считает он, там практически всё протестное движение представляет собой коалицию прозападных НПО и радикальных белорусских неофашистов, которые проходили практику на Украине – и на майдане, и в зоне конфликта в Донбассе.

«Проблема в том, что такого рода акции протеста имеют склонность к парности, – отмечает Н. Мендкович. – Например, в 2019 году в течение лета произошли беспорядки в Казахстане из-за непризнания оппозицией результатов выборов президента, столкновения сторонников бывшего президента с правоохранительными органами в Кыргызстане, одновременно были беспорядки в Москве, формально привязанные к выборам местного самоуправления, параллельно были беспорядки в Гонконге. Во всех этих случаях прослеживался след США».

В Кыргызстане же ситуация такова, что факты вмешательства даже публикуются в интернете, где опубликовали запись, на которой представители NED вели переговоры о том, что необходимо создать оппозиционную коалицию НПО.

«Факты скандальные, – считает Н. Мендкович, – и они говорят о том, что американцы уже год назад имели намерение вмешиваться во внутреннюю политику в Кыргызстане. Учитывая ситуацию в Белоруссии, я считаю, что риски подобного развития событий есть и в Кыргызстане. Надеюсь, республике удастся избежать после выборов острого политического кризиса».

По мнению другого эксперта профессора дипломатической академии при МИД КР Аскара Бешимова, «западный блок прекрасно отдает себе отчёт о степени своего политического и экономического влияния в регионе. Понятно, что они пытаются внести определенные корректировки в этом плане, нарастить свое присутствие, но не более того.

Итоги парламентских выборов прямого влияния на внешнюю политику иметь не будут, т. к. это направление является прерогативой президента. То, что партии говорят про евразийский вектор или ориентацию на ту или иную страну, ничего не значит. Предвыборные программы и лозунги не имеют ничего общего с их последующей деятельностью.

Определенным образом повлиять на внешнеполитические ориентиры может исламский фактор, который все активнее используется во время избирательной кампании. С каждыми новыми выборами у нас нарастает вовлеченность духовенства в выборный процесс. Этот фактор не имеет прямого влияния на внешнеполитические ориентиры, но имеет далеко идущие последствия.

Эти парламентские выборы проходят в преддверии президентских выборов 2023 года, и мне кажется, что следующие парламентские выборы в 2025 году будут проходить под большим исламским флагом», – заключил А. Бешимов.
0
    3 203