Сегодня

469,17    495,07    67,46    7,56
Политика
Повлияли ли текущие кризисные события на ваши миграционные настроения?

Есть ли в Казахстане русофобия и пойдут ли казахи воевать за Россию?

Вадим БондарьБизнес Онлайн
18 ноября 2022
Коллаж: © Русские в Казахстане«Судя по тому списку кандидатов, который окончательно сформировался, это абсолютно проходные фигуры, которые нужны исключительно для того, чтобы их именами заполнить формы в избирательных бюллетенях. Да, можно сказать, что это спойлеры, потому что их имена ничего не говорят среднестатистическому обывателю», — отмечает главный редактор портала «Русские в Казахстане» Илья Намовир. В интервью «БИЗНЕС Online» он рассказал о языковых патрулях в Казахстане, нарастающей русофобии, отношении казахов к сбежавшим от мобилизации русским и о том, станет ли Казахстан второй «анти-Россией».

               «Судя по тому списку кандидатов, который окончательно сформировался, это абсолютно проходные фигуры, которые нужны исключительно для того, чтобы их именами заполнить формы в избирательных бюллетенях» 

«Судя по тому списку кандидатов, который окончательно сформировался, это абсолютно проходные фигуры, которые нужны исключительно для того, чтобы их именами заполнить формы в избирательных бюллетенях»    

                        

«Наиболее выигрышная позиция всегда будет у действующего главы государства»


— 20 ноября в Казахстане пройдут досрочные выборы президента. Кто и зачем их инициировал? Какие ожидания от них?

— Инициировал их ныне действующий президент Касым-Жомарт Кемелевич Токаев. Выборы нужны в первую очередь для дополнительной легитимизации действующего президента страны в преддверии ожидания возможного ухудшения экономической и внешнеполитической обстановки на фоне негативных внешних событий и пертурбаций. Но самое главное — это закрепить за собой всю полноту власти на фоне произошедших в Казахстане известных январских событий, которые сопровождались митингами, беспорядками, погромами, которые чуть было не привели к государственному перевороту. По итогам этих событий Токаев укрепил свое положение и реально сосредоточил в своих руках всю полноту власти, отстранив практически от всех рычагов влияния старую назарбаевскую элиту. Предстоящие внеочередные президентские выборы, можно сказать, завершают этот переход, и после них Токаев будет восприниматься не просто как преемник Нурсултана Назарбаева, а уже как самостоятельная и самодостаточная политическая фигура, облеченная всей полнотой власти и контролирующая всю политическую конфигурацию Казахстана.

— Судя по всему, он абсолютно уверен в своей победе на этих выборах. У него есть основания так считать?

— Да, конечно. Даже судя по тому, как были объявлены эти внеочередные выборы, никакому кандидату, даже если бы у Токаева были какие-то серьезные претенденты или соперники, за такой короткий срок полноценно подготовиться и провести предвыборную кампанию невозможно. Соответственно, наиболее выигрышная позиция всегда будет у действующего главы государства, так как он постоянно находится в информационном поле.

— Назарбаевская элита, о которой вы говорите, не попытается на этих выборах взять реванш легитимным путем?

— Судя по списку кандидатов, нет, не попытается. Среди зарегистрированных кандидатов на выборы нет никого из заметных представителей старой элиты либо тех, кто был замечен в откровенных связях с ней.

— Кто все-таки стоял за теми январскими беспорядками, которые стали толчком к последующим событиям, сосредоточению власти в руках Токаева и его завершающего этапа в виде нынешних выборов?

— Есть официально задержанные и арестованные люди в рамках этого дела. Тот же уже бывший председатель комитета национальной безопасности Казахстана Карим Масимов, ряд других сотрудников этой структуры и еще некоторые люди. Официально расследование не завершено, и каких-то конкретных выводов, во всяком случае публике, пока не предъявляли. Были заявления того же Токаева об участии в этих январских беспорядках террористов, экстремистов и даже каких-то внешних сил. Он говорил о том, что к ним были причастны некие иностранные государства, которые были вовлечены в планирование развития этих беспорядков. При этом, во всяком случае пока, никакой особой конкретики не услышали.

Сопоставив и суммировав все то, что известно на сегодняшний момент, можно сказать следующее. Начало протестов имело под собой объективные социально-экономические причины (которые, кстати, никуда не ушли). Люди были недовольны, возмущены, но затем мирные протесты и митинги, происходящие в Алма-Ате, Астане и ряде других городов, очевидно, преднамеренно были перенаправлены в сторону хаотизации ситуации в стране, придания протестам элементов силового противостояния и в конечном итоге вооруженного восстания. При этом было явно видно, что та же самая полиция и другие силовые структуры в Алма-Ате практически бездействовали и самоустранились от исполнения своих прямых обязанностей, включая попытки как-то купировать беспорядки. В итоге все это привело к тому, что Токаеву пришлось обращаться за помощью к ОДКБ и вводить миротворческие войска. Только после этого ситуацию удалось стабилизировать.

— Вы сказали, что реальная политическая оппозиция в лице старой элиты не выставила своих кандидатов на выборах президента. Кто с ним будет бороться? Что это за люди? Это формальные спойлеры или кандидаты, которые хотят о себе заявить, о каких-то интересах сил и групп, которые они представляют?

— Судя по тому списку кандидатов, который окончательно сформировался, это абсолютно проходные фигуры, которые нужны исключительно для того, чтобы их именами заполнить формы в избирательных бюллетенях. Да, можно сказать, что это спойлеры, потому что их имена ничего не говорят среднестатистическому обывателю. Их предвыборные программы тоже ничего из себя интересного и серьезного не представляют. Сверстаны они буквально на коленке в последний момент. Понятно, что никаких серьезных голосов на предстоящих выборах они набрать просто не смогут.

— То есть каких-то мало-мальски серьезных людей среди них нет.

— Да, практически нет. Изначально были зарегистрированы 12 кандидатов. Потом список сокращался, кого-то отбраковали, кого-то недопустили. В итоге остались 6 кандидатов. Из них после Токаева наиболее известный, если тут вообще может быть применимо это слово, пожалуй, только депутат Верховного совета Казахстана XII созыва, председатель ассоциации фермеров Казахстана Жигули Дайрабаев. И то, по предварительным оценочным подсчетам, максимум, на что он может рассчитывать, — это 2–3 процента голосов.

«После перевыборов основной задачей Токаева будет удержание власти, а также какой-то внутриполитической и экономической стабильности в стране»

Фото: © пресс-служба президента Казахстана, РИА «Новости»


— Уже понятно, что Токаев побеждает, легитимизирует свое положение. Что будет делать потом — укреплять свою власть, проводить реформы?  Вообще, что ждет Казахстан после этих выборов?

— В июне у нас прошел референдум по поправкам к Конституции, которые в числе прочих закрепляли изменения в политической конфигурации Казахстана. Часть из них уже начала действовать, а часть окончательно вступит в силу после перевыборов Токаева. После перевыборов основной задачей будет удержание власти, а также какой-то внутриполитической и экономической стабильности в стране. В его предвыборной кампании и в поправках к Конституции был заявлен ряд изменений, которые в теории должны позволить модернизировать и демократизировать политическую систему Казахстана, улучшить социально-экономическое положение рядовых граждан и страны в целом. А как это будет на практике — посмотрим.

— Токаев сказал, что Казахстан готов отстаивать свои национальные интересы не только на дипломатическом уровне, но и «с более жестких позиций», «защищать нашу священную независимость». Кому адресовано это заявление? Нет ли в нем намека на Россию?

— Да, различные высказывания российских политиков, общественных деятелей и представителей СМИ, вполне вероятно, сыграли и продолжают играть свою роль в том, что говорил и говорит Токаев, обращаясь как к внутренней, так и внешней аудитории. Если говорить о внутренней аудитории, то надо иметь в виду, что казахстанское информационное поле довольно небольшое и страдает, можно сказать, информационным провинциализмом.

— В чем это выражается?

— Если в России высказывание какого-то политика о Казахстане может пройти абсолютно незамеченным российским обывателем, то в Казахстане эти высказывания звучат обычно очень громко и воспринимаются довольно болезненно. Во всяком случае частью аудитории, прежде всего ее казахскоязычным национал-патриотически настроенным сегментом. Конечно, такие высказывания создают негативный информационный фон, который иногда держится какое-то короткое время (информационный повод приходит и уходит), а иногда задерживается на какой-то более длительный срок. А когда такие высказывания идут с регулярной периодичностью, то тут уже, как вы понимаете, может напрячься не только какая-то патриотическая общественность, но и руководство страны.

Что касается конкретно этого обращения Токаева, то оно, я думаю, в первую очередь было адресовано внутренней казахстанской аудитории, поскольку вполне естественно, что ему надо «поиграть мускулами» — продемонстрировать себя сильным президентом, который держит ситуацию в стране под контролем и готов отстаивать интересы и границы государства любыми способами и методами.

— Было еще одно его любопытное заявление: «Пока и у нас в стране, и за ее пределами есть те, кто сеет рознь и вражду, мы не можем проявлять беспечность». Кого он имел в виду? Кто сеет вражду внутри Казахстана, в особенности за его пределами?

— Здесь, очевидно, сказывается дипломатическое образование и прошлое Токаева, поскольку трактовать эту формулировку как-то однозначно довольно затруднительно. С одной стороны, вполне ясно, в особенности после январских событий, что в стране по-прежнему присутствуют силы, которые хотели бы дестабилизировать обстановку в своих собственных интересах, и гражданам стоит быть бдительными, не поддаваться на провокации. С другой — это высказывание может быть в равной степени посвящено и тем, кто находится за пределами страны, в частности оппозиционным деятелям. Тому же Мухтару Аблязову. Можно это высказывание отнести и на счет кого-то другого. Тут, как говорится, трактовки каждый выбирает по вкусу, что ему кажется более соответствующим действительности.

«На официальном уровне было заявлено, что Казахстан не помогает России обходить санкции. Как дело обстоит на самом деле, надо смотреть по конкретным отраслям, товаропотоку, и здесь мы наверняка увидим, что осуществляются какие-то поставки подсанкционных товарных номенклатур, но все это происходит негласно»

Фото: © Макс Ветров, РИА «Новости»


«Когда спросили, какую из сторон конфликта вы поддерживаете, Украину выбрали не более 10 процентов опрошенных»


— Как специальная военная операция России на Украине повлияла на экономику Казахстана? Например, наши крупнейшие банки, включая Альфа-Банк и Сбербанк, продали свои активы казахстанским владельцам, и теперь в Казахстане они являются казахстанскими банками. Что еще ушло казахстанцам? Помогает ли Казахстан России обходить санкции Запада?

— Из того, что произошло после начала специальной военной операции России на Украине, можно выделить несколько моментов. На официальном уровне было заявлено, что Казахстан не помогает РФ обходить санкции. Государственные деятели Казахстана разного уровня заявляли, что страна поддерживает санкции Запада против России и ни в коем случае не собирается нарушать санкционный режим. Как дело обстоит на самом деле, надо смотреть по конкретным отраслям, товаропотоку, и здесь мы наверняка увидим, что осуществляются какие-то поставки подсанкционных товарных номенклатур, но все это происходит негласно, в максимальном режиме тишины. Есть даже выражение такое: «Деньги любят тишину». В данном случае оно, по всей видимости, подходит как нельзя лучше. Поэтому все те люди, лица, организации, фирмы, которые задействованы в этих схемах, транзакциях и поставках, разумеется, не заинтересованы в публичности, дабы не попасть под вторичные санкции США и Запада в целом. Это один аспект.

Второй аспект. Казахстан, конечно, ощутимо приобрел от западных санкций в отношении России хотя бы потому, что с начала СВО сюда начали активно релоцироваться, перемещать свои офисы и производства компании как российские, так и западные, которые из-за санкций ушли из РФ и теперь либо уже нашли, либо ищут себе представительства в других странах постсоветского пространства. В этом плане одной из наиболее удобных для них площадок является Казахстан. Можно привести пример российского производителя мотоциклов «Урал», который перенес свое производство в Казахстан. В гораздо большей степени это относится к компаниям в сфере IT, торговли, экспертных услуг, консалтинга. InDriver, к примеру, тоже переехал в Казахстан. В этом отношении Казахстан, конечно, приобрел несколько пунктов к своему экономическому балансу. Поэтому да, с одной стороны, есть безусловные плюсы для Казахстана, но существует и другая, не очень приятная сторона. В первую очередь это инфляция и рост цен практически на всю номенклатуру потребительских товаров. Здесь надо сказать, что, во-первых, Казахстан очень зависит от импорта готовой продукции, продукции с высокой степенью переработки, а цены выросли практически везде. В Европе из-за отказа от российских энергоносителей цены увеличились на порядок, и, соответственно, все эти товары, которые импортируются из Европы в Казахстан, приходят и к нам гораздо более дорогими. В России выросли курс рубля и цены, что тоже отразилось на стоимости товаров, особенно продовольственных, которые Казахстан в значительном количестве приобретает у РФ. Цены выросли и в Китае, поэтому даже те товары, которые население заказывает на AliExpress, Joom и прочих торговых площадках, для рядового потребителя подорожали. Потому, несмотря на наличие определенных плюсов для экономики Казахстана в целом, для рядового казахстанца и его кошелька ситуация за прошедшие 10 месяцев текущего года стала более напряженной.

— В Казахстан устремились потоки как уклонистов от мобилизации, так и вообще несогласных со спецоперацией. Как к ним у вас относятся и почему?

Этот поток уклонистов, или лучше, наверное, назвать его более общим словом «релокантов», можно разделить на две волны. Вначале была небольшая волна тех, кто приехал практически сразу после старта СВО, то есть до начала объявления частичной мобилизации в России. Это были люди, которые решили по разным причинам дистанцироваться от политической линии российского руководства. Кто-то был не согласен идейно и принципиально, кто-то — с точки зрения бизнеса, чтобы не попасть под различные санкции и ограничения. Эти люди уехали, часть их осела в том числе в Казахстане. За ними последовала вторая, гораздо более многочисленная волна, состоящая как раз из тех, кого можно назвать уклонистами. Они активно тронулись в путь сразу после объявления мобилизации.

Эти две волны воспринимаются населением Казахстана по-разному. Первую волну как-то даже особо не заметили. Это были в основном люди, которые работают удаленно, специалисты в IT-сфере, консалтинге и других областях, где в принципе физическое местопребывание работника не так важно. Они приехали, быстро обустроились здесь и чувствуют себя прекрасно. А вот со второй волной все гораздо сложнее, палитра более пестрая. Кто-то из этой группы приехал на собственном автомобиле и с какой-то финансовой подушкой безопасности, а кто-то пересек границу в буквальном смысле с одним рюкзаком и 10 тысячами рублей в кармане. Соответственно, все они до сих пор устраивают свою жизнь в Казахстане совершенно по-разному. В связи с приездом второй волны в казахстанском сегменте социальных сетей был всплеск ксенофобии, недовольства и тревоги, в особенности со стороны националистической и национал-патриотической аудитории в том контексте, что эти сотни тысяч российских мужчин, во-первых, отнимут у нас рабочие места, а во-вторых, среди них очень много, если не все, — это агенты Путина, которые представляют опасность для Казахстана. Но, несмотря на этот виртуальный всплеск, население Казахстана в большинстве своем восприняло этих приезжих положительно-нейтрально. Были, конечно, в сети ролики, на которых местные жители якобы заставляли приезжих россиян отвечать на вопросы типа: «Чей Крым? Чей Херсон?». Но это не оказало влияния на ситуацию в целом. А она, еще раз повторяю, в целом положительно-нейтральная по отношению к приезжим россиянам. Было и немало случаев, когда местные жители активно помогали приезжим, организовывали пункты горячего питания, временные ночлежки, были те, кто предоставлял бесплатное жилье для тех, кто приехал совсем без денег.

Однако есть и примеры негативного влияния приезжих россиян на жизнь в Казахстане. Характерный пример — это то, как из-за жадности арендодателей недвижимости взлетели цены на аренду квартир в Казахстане в этот момент порой чуть ли не в 10 раз.

— Сейчас они снижаются или держатся у пиковых значений?

— В связи с окончанием частичной мобилизации в России поток уклонистов, устремившихся в Казахстан, схлопнулся, и цены на аренду жилья начинают более-менее стабилизироваться. На данный момент они постепенно идут вниз, но в пиковом моменте достигали совершенно фантастических для Казахстана значений, что крайне взволновало местных жителей, поскольку в стране очень много молодых семей, которые не могут позволить себе купить жилье и вынуждены его снимать. В итоге стремительный рост стоимости аренды в значительной степени коснулся и их в том числе. Арендодатели начали приходить к ним и говорить, мол, цены на рынке повышаются, теперь вы будете платить больше или съезжайте, на ваше место есть желающие, готовые платить по более высокой ставке. Сейчас вроде бы эта напряженность постепенно начинает спадать.

— Как население Казахстана вообще относится к СВО?

Общереспубликанских социологических замеров на эту тему у нас никто не проводил, поэтому сказать что-то определенное с цифрами в руках сложно. Хотя, например, весной было любопытное исследование агентства экспресс-мониторинга общественного мнения Demoscope. Стоит заметить, что это агентство существует на западные деньги. Оно провело социологический опрос, охвативший более тысячи человек, как раз на тему российской специальной военной операции на Украине. Полученные результаты их, мягко говоря, удивили. В частности, когда спросили, какую из сторон конфликта вы поддерживаете, Украину выбрали не более 10 процентов опрошенных, в то время как Россию — почти 40 процентов респондентов. Остальные либо затруднились ответить, либо заявили, что придерживаются нейтральной позиции.

«Сейчас, по официальным данным, в стране уже больше 70 процентов казахов. Общество, соответственно, стало более гомогенным в национальном плане. Казахское общество и казахская молодежь росли уже в другой социокультурной обстановке»

Фото: © Илья Питалев, РИА «Новости»


«Языковые патрули» с момента их появления так и продолжают действовать»


— Как относятся к русским вообще? В особенности как складываются отношения среди молодежи до 30 лет, которая родилась и выросла уже в постсоветский период?

— Это настолько многослойный и многогранный вопрос, на который очень сложно ответить несколькими предложениями. Если попытаться обрисовать ситуацию, что называется, широкими мазками, то, во всяком случае среди простого населения, среди рядовых обывателей, отношения русских и казахов всегда были нормальными и доброжелательными. Однако это совсем не означает какую-то константу, которая никак не меняется. Здесь действительно очень важно ваше уточнение насчет молодежи, которая родилась и выросла в постсоветский период. Эти люди росли и воспитывались уже в совершенно другой исторический период, на иной идеологии, учились по другим учебникам, у них в голове существует уже совершенно другой набор представлений и стереотипов как о России и русских, в том числе в Казахстане, так и об общей истории России и Казахстана. Все эти нарративы, стереотипы и представления, конечно, выливаются в конкретную среду межнациональных отношений и приводят к тому, что какой-то потенциал конфликтогенности и более негативного отношения к русскоязычному населению со временем вырастает. Да и последние 10 месяцев казахстанское общество встряхнули очень сильно, и сейчас, я думаю, все эти процессы, в том числе в сфере межнациональных отношений, приобретут и уже приобретают совершенно другую динамику.   

— В какую сторону будет идти эта динамика?

— Я думаю, что эта динамика будет в сторону ухудшения. Не секрет, что на протяжении всего периода независимости различные казахстанские деятели, политики в том числе, а также российские эксперты и те, кто в РФ следит за Казахстаном и постсоветским пространством, отмечали рост националистических и вполне себе русофобских настроений в Казахстане. Но если раньше этот процесс носил какой-то более-менее плавный характер без резких всплесков, то нынешний год, можно сказать, стал своеобразным катализатором всех этих настроений и процессов. Сейчас казахстанское информационное пространство гудит, шумит и изливает из себя потоки всевозможных мнений, оценок, призывов, среди которых значительную долю можно смело отнести к антироссийским в более широком контексте и конкретно к русофобским. Причин, по которым вдруг это информационное поле утихнет, я не вижу. Во всяком случае, пока спецоперация на Украине не завершится, я думаю, ситуация никак не изменится в лучшую сторону.

— Что с русским языком, образованием на русском? Ходят ли «языковые патрули»?

Согласно официальной риторике и заявлениям властей, никакого ущемления по национальному или языковому принципу допускать нельзя, русский язык Казахстану нужен. Такие слова неоднократно звучали как из уст прежнего, так и нынешнего президента Казахстана. Токаев недавно на саммите глав государств СНГ в Санкт-Петербурге даже предложил создать какую-то международную организацию для поддержки и продвижения русского языка. Казалось бы, чего еще можно желать? Но в Казахстане официальная риторика и объективная реальность всегда существовали в разных плоскостях.

Если мы берем последние события, то у нас недавно прошли поправки к законодательству как раз после активизации этих самых «языковых патрулей», о которых вы говорите. Да, эти «языковые патрули» с момента их появления так и продолжают действовать, несмотря на то что их прародитель и основатель Куат Ахметов после разгоревшегося скандала, к которому подключились в том числе и российские СМИ, эмигрировал за границу. Но сторонники его идей и методов так и продолжают вести свою деятельность. Как раз в этой связи были внесены поправки к языковому законодательству, согласно которым теперь в Казахстане вся визуальная информация, вывески, объявления, ценники в магазинах и так далее должны быть обязательно на казахском языке. Дублирование на русский теперь необязательно и допускается лишь по желанию собственника, который информацию размещает. Это притом что у нас в законодательстве в практике правоприменения казахский и русский языки до этого были практически уравнены. Казахский обладал и обладает государственным статусом, русский — статусом официального языка. Но в плане применения оба языка были практически равнозначны, за исключением некоторых определенных нюансов. Теперь можно сказать, что русский язык из визуальной области убрали.

Или еще из недавних мер. Было принято решение, что в казахстанских школах первоклассники будут изучать только родной язык. Аргументировалось это тем, что школьникам, особенно в младших классах, сложно усваивать информацию сразу на нескольких языках, поэтому ставится задача овладения сначала родным языком, а потом уже другими, в том числе русским. Но самое интересное получилось то, что в школах с казахским языком обучения русский и иностранные в виде английского, немецкого, французского убрали. Первоклассники там будут изучать только казахский язык в начальной школе, а в русских школах для первоклашек по-прежнему оставили и русский, и казахский языки.

— Согласно статистике, с 1989 по 2021 год численность русского (славянского) населения Казахстана сократилась более чем в 2 раза — с 7,3 миллиона человек до примерно 3,7 миллиона. Куда делись все эти люди и как их отток повлиял на социокультурную жизнь Казахстана? Он стал более западно ориентированным, более патриархальным, более моноэтническим?

— Да, цифры, озвученные вами, имеют место быть. Что касается вопроса, куда делись эти русские, то основная их часть переехала и осела в России. В общественном и социокультурном плане Казахстан стал гораздо более гомогенным в этническом плане, более моноэтническим. Национал-патриоты Казахстана часто любили транслировать чью-то классификацию, согласно которой если в стране проживают 67 процентов и более какой-то одной национальности, то эту страну можно считать моноэтнической. Так вот, этот порог был достигнут еще несколько лет назад. Сбылось то, что многие годы было мечтой национал-патриотов Казахстана. Сейчас, по официальным данным, в стране уже больше 70 процентов казахов. Общество, соответственно, стало более гомогенным в национальном плане, некоторые области страны стали вообще практически моноэтничными. Казахское общество и казахская молодежь росли уже в другой социокультурной обстановке. С исчезновением советской и социалистической идеологии их место заняла религия. За годы независимости в Казахстане было построено в разы больше новых мечетей, чем школ. Население стало более религиозным, патриархальным, архаизированным, произошел откат, как они говорят, к традиционным ценностям. В условиях идеологического вакуума люди пытались хвататься за что-то. Для кого-то идеологическим якорем стала религия, для кого-то — какие-то консервативные казахские традиции и ценности, и это, естественно, не могло не отразиться на общественном сознании в целом. Если после распада Союза русское население Казахстана вкупе с другими славянскими этносами составляло добрую половину населения Казахстана и соответствующим образом влияло на общественное сознание, то сейчас эта прослойка истончилась и уже практически никак не влияет на формирование социокультурного фона, который на фоне падения уровня образования, миграционных процессов и прочих уже перечисленных мною факторов становится более архаизированным, маргинализированным, исламизированным и националистическим.

— Мы формально являемся союзниками в ОДКБ и ЕАЭС. С учетом того что вы сказали по поводу настроений в казахстанском обществе, возникает вопрос: если Запад решит напасть на Россию, будут ли казахи воевать за нас? Бауржан Момыш-улы был одним из защитников и спасителей Москвы в 1941 году. Герой Советского Союза. Сейчас, если что, будут такие герои?

— Здесь, как говорится, только ситуация покажет. Я предсказывать не возьмусь, что будет, если такая ситуация, не дай бог, возникнет. Если исходить из того, что есть на сегодняшний день, то в случае нападения какой-либо страны или группы государств на Россию будет задействована статья 3 главы 2 устава организации договора о коллективной безопасности. Соответственно, и Казахстан, и другие государства – члены ОДКБ должны будут отреагировать и отправить свои войска на помощь России.

Есть ли в Казахстане люди, которые искренне захотят помочь РФ? На мой взгляд, да, такие люди найдутся. Вопреки всему негативному информационному фону и несмотря на активную работу структур внутри страны и за ее пределами по созданию этого негативного информационного фона, русофобских и антироссийских настроений в Казахстане, по-прежнему есть значительное количество людей, в первую очередь казахов, которые очень хорошо и благожелательно относятся к России. Эти люди, я думаю, придут на помощь.

«В Казахстане присутствуют довольно значительные инвестиции США и ЕС, это инвестиции в основном в добывающую промышленность, главным образом в нефть и газ — то, что приносит основные доходы в бюджет страны. Поэтому интересы этих крупнейших инвесторов и покупателей приходится учитывать»

Фото: © Максим Блинов, РИА «Новости»


«Чтобы Казахстан взял и вышел из ОДКБ и ЕАЭС на практике, сейчас трудно себе представить»


— Как складываются отношения Казахстана с США, ЕС и Китаем? Кому отдается приоритет в этих отношениях, на кого в большей степени делается ставка и почему?

В Казахстане в этом плане приоритет отдается, как и при первом президенте, принципу многовекторности. Он был озвучен еще Нурсултаном Назарбаевым и по-прежнему претворяется в жизнь нынешним президентом и его командой. Это политика, по сути дела, лавирования между различными центрами силы без тесного сближения и примыкания к кому-то из них. Казахстан, его руководство, правительство, дипломатический корпус стараются в своей политике уравновешивать на своей площадке интересы тех основных игроков, которых вы перечислили. Казахстану жизненно необходимо балансировать и поддерживать хорошие отношения со всеми этими центрами силы.

В Казахстане присутствуют довольно значительные инвестиции США и ЕС, это инвестиции в основном в добывающую промышленность, главным образом в нефть и газ — то, что приносит основные доходы в бюджет страны. Поэтому интересы этих крупнейших инвесторов и покупателей приходится учитывать. С другой стороны, есть огромные соседи в виде России и Китая, от которых даже чисто географически никуда не деться. С КНР у Казахстана тоже очень много различных инвестиционных проектов. К тому же Китай рассматривает Казахстан в качестве важной транзитной территории для движения и доставки китайских товаров на рынки Евросоюза и не только. Поэтому Казахстан очень заинтересован в добрососедских отношениях с КНР. О России тут и говорить нечего, поскольку Казахстан связан с ней целым рядом как двусторонних договоров, так и многосторонних соглашений в рамках экономических и военно-политических союзов. От этого тоже пока никуда не деться, как бы кто в Казахстане этого ни хотел. Чтобы Казахстан взял и вышел из ОДКБ и ЕАЭС на практике, сейчас трудно себе представить.

— В то время, когда в ходе спецоперации на Украине выявляются факты, свидетельствующие о разработках биологического оружия в американских лабораториях, размещенных на украинской территории, в Казахстане продолжается строительство очередного подобного объекта с уровнем биологической безопасности BSL-4 в поселке Гвардейский Жамбылской области. Для чего Казахстану эти лаборатории, которые там строятся, по-моему, с 2005 года?

— Официально заявляется, что Казахстану эти лаборатории нужны для контроля над особо опасными инфекциями и патогенами, а также предотвращения вспышек эпидемического характера. Хочу напомнить, что во времена Советского Союза существовала цепь лабораторий по всему периметру СССР, которые как раз занимались этими вопросами. Изучали самые разные, в том числе особые местные патогены и вирусы, а также проводили работы с целью предотвращения эпидемий и биологических угроз. С развалом Советского Союза эта цепь лабораторий прекратила свое существование. Оставшиеся в республиках объекты либо были закрыты и заброшены, либо едва-едва поддерживались местными властями. А потом сюда и в другие республики пришли США, которые либо начали восстанавливать эти лаборатории, либо строить новые, как ту, о которой вы упомянули. Официальная цель, зачем они это делают, — изучение опасных патогенов и предупреждение их возможного распространения. Да, в Казахстане эти лаборатории действуют, несмотря на неоднократные недовольства, которые по данному поводу высказывала Москва. Что в этих лабораториях происходит на самом деле, сказать не возьмусь. Официально говорится, что они носят чисто исследовательский характер и работают там только казахстанские специалисты. Кроме того, акцент делается на том, что в период пандемии коронавируса именно благодаря работе специалистов этих лабораторий была в довольно короткие сроки разработана казахстанская вакцина против этой болезни «КазВак» (QazCovid-in, торговое наименование QazVac). Как дела обстоят на самом деле, говорить сложно. Несмотря на официальные заявления о том, что там работают только казахстанцы, иностранцы, в первую очередь американцы, вроде как там тоже присутствуют. Опять же, несмотря на официальные заявления о том, что руководство этими лабораториями осуществляется казахстанскими специалистами, есть основания полагать, что к этому имеют отношение американские агентства, работающие на американское министерство обороны и так далее. В общем, это тема сложная и неоднозначная.

— По вашему мнению, Казахстан может стать орудием в руках каких-либо внешних сил против России, подобно тому, что стало с Украиной – «анти-Россией»? Существует такая опасность или это исключено?

— Знаете, если бы меня спросили несколько лет назад, существует ли угроза прямого военного конфликта между Россией и Украиной, я бы ответил, что нет. Но жизнь показала, что мир стал очень непредсказуем. Представить себе ситуацию, когда Казахстан станет настолько опасным для РФ государством, что она будет вынуждена реагировать таким же образом, как и на Украине, в теории, конечно, можно. Но на практике в Казахстане с его текущим курсом, имеющимся руководством пока такой сценарий представить сложно, потому что при всех оговорках казахстанское руководство очень прагматичное и нынешний президент менее всего заинтересован в том, чтобы дестабилизировать обстановку как внутри страны, так и за ее пределами таким образом, чтобы это могло привлечь внимание России.

Но за период независимости в Казахстане появилась довольно существенная прослойка людей, которые накопили просто гигантские финансовые активы в виде счетов, инвестиций, недвижимости, которые главным образом сосредоточены в странах Запада. Поэтому я не исключаю возможности, что ради сохранения этих активов данные господа вполне могут осуществить какие-то попытки превратить Казахстан в антироссийское государство, если им будет это приказано и позволено из-за рубежа руководством тех стран, в которых находятся их активы и хранятся сбережения. Но сейчас вся политическая и экономическая элита Казахстана, а здесь это практически одно и то же, сконцентрировалась и сосредоточилась вокруг действующего президента, и на данный момент, я думаю, каких-то предпосылок к беспокойству подобного рода не существует.
+2
    8 995