Последние новости


Стоп-сигнал. Почему в Казахстане блокируют интернет

12 мая 2018
673
0
Коллаж: © Русские в КазахстанеКоллаж: © Русские в КазахстанеКоллаж: © Русские в Казахстане

Трудности с доступом к интернету в Казахстане – частое явление, к которому население уже привыкло. Но если раньше трудности были связаны с плохим сервисом провайдеров и техническими накладками, то сейчас, похоже, причины сбоев в основном политические.

 

Считается, что по настоящему масштабной информационной блокаде казахстанцы впервые подверглись во время теракта в Актобе 5 июня 2016 года. Интернет тогда был заблокирован, и напуганные жители города не могли связаться с родственниками из других регионов и стран и сообщить, все ли у них в порядке. Впрочем, не только интернет – даже обычная связь работала тогда с большими перебоями. Позже силовики свои действия объясняли тем, что нужно было, во-первых, ограничить террористам связь, во-вторых предотвратить панику в интернете, где вполне могли рассылаться фейковые сообщения о случившемся. Объяснение это, прямо скажем, прозвучало не слишком убедительно. В частности, эксперты заметили, что выключение интернета во время теракта, наоборот, способно только усилить панику.

 

После случившегося правительство и парламент Казахстана начали активно продвигать идеи и законопроекты, разрешающие властям регулировать доступ к всемирной паутине. Все, что касалось приостановки работы сети и доступа к интернет-ресурсам, стало регламентироваться законом РК от 22 декабря 2016 года «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам противодействия экстремизму и терроризму» с дополнениями статей закона «О связи». В течение года после теракта было заблокировано 500 религиозных сайтов с противоправным содержанием. Однако этим дело не ограничилось. В некоторых случаях заблокированы оказались также сайты популярных интернет-магазинов Оzon, Labirint.ru и Book24.ru из-за размещения на них книг «экстремистского характера». Примечательно, что владельцев этих сайтов о блокировке заранее не предупреждали – они узнавали о ней по факту.

 

Всего в 2017 году в Казахстане было заблокировано около 9 тысяч сайтов с противоправным содержанием, а также уничтожено 230 тысяч материалов, пропагандирующих терроризм, насилие, суицид и порнографию. На сайте Министерства информации и коммуникаций есть страничка, где желающие могут пожаловаться государству на тот или иной интернет-ресурс, который, по их мнению, нарушает законы Казахстана. Здесь же можно проверить наличие тех или иных сайтов в списке запрещенных. Правда, проверить это можно только из Казахстана: попытка отправить запрос из других стран заканчивается тем, что ресурс выдает «ошибку».

 

Аблязов появился – интернет исчез

 

Закрытие отдельных интернет-ресурсов казахстанцы в целом приняли равнодушно – исключая, конечно, владельцев и активных пользователей этих самых ресурсов. Но вот проблемы с социальными сетями и мессенджерами вызвали настоящий ажиотаж. Так, некоторое время назад пользователи заметили, что весьма популярный в Казахстане Instagram стал регулярно сбоить. Позже стало ясно, что Instagram не работает как раз тогда, когда он транслирует прямой эфир Мухтара Аблязова – неформального лидера оппозиционного движения «Демократический выбор Казахстана» (ДВК). Само движение в республике признали экстремистским 13 марта 2018 года, но блокировать его в казахстанском сегменте интернета начали гораздо раньше.

 

Со временем технические сбои в вечернее время стали наблюдаться также и при запуске Facebook и YouTube. Тем не менее, встает резонный вопрос: можно ли уверенно утверждать, что причиной блокировки соцсетей являются политические мотивы?

 

Эксперт по Центральной Азии Аркадий Дубнов убежден, что блокировка казахстанского интернета, скорее всего, вызвана именно политикой. Власть стремится помешать пользователям внутри страны связываться с теми, кого она полагает своими внешними врагами. И первым из таких врагов, по словам Дубнова, можно считать именно Аблязова.

 

А вот президент «Интернет Ассоциации Казахстана» (сохранена оригинальная орфография названия) Шавкат Сабиров, напротив, думает, что между ограничением доступа к некоторым ресурсам в Сети и деятельностью ДВК связи нет.

 

«Это наша общая головная боль, что каждый вечер трафик ограничивается. Но явных фактов, что кто-то блокирует его, у нас нет. И мы не знаем точную причину, кто и почему его ограничивает. Но я не думаю, что все из-за оппозиции, деятельность которой запрещена решением суда. Блокировать весь сегмент только из-за них неразумно», – уверяет Сабиров.

 

Позицию самих властей в этом вопросе можно назвать противоречивой. «Мы всю социальную сеть заблокировать не можем из-за одного материала, поэтому нам приходится обращаться в администрацию социальной сети с просьбой удалить конкретный контент», – заявлял поначалу министр информации и коммуникации Даурен Абаев.

 

Однако позже Абаев признался, что власти все-таки могут заблокировать всю социальную сеть из-за одного виновника – например, из-за того же аблязовского ДВК. В апреле министр сообщил, что его ведомство попросило администрацию Telegram удалить либо ограничить доступ к материалам ДВК. В противном случае могут быть приняты меры по ограничению мессенджера вплоть до его полной блокировки. (Заявление делалось в начале апреля этого года, еще до того, как российский Роскомнадзор попробовал «полностью заблокировать» Telegram, но у него ничего не вышло. - Прим. «Ферганы».)

 

Подобные уведомительные письма отправили также владельцам видеохостинга Youtube, соцсетей Facebook и Twitter. К концу марта казахстанским пользователям ограничили доступ к социальным сетям «ВКонтакте» и «Одноклассники».

 

Таким образом, ограниченный доступ к некоторым сайтам власти снова стали объяснять профилактикой экстремизма – но уже не религиозного, а политического. А после решения суда о признании ДВК экстремистской организацией властям уже не нужно была ждать прямого эфира Аблязова, чтобы ограничить доступ к социальным сетям, достаточно было просто дождаться вечернего времени.

 

«Понятно, что блокировать интернет днем – это роскошь, которую власти не могут себе позволить из-за риска сорвать работу государственных структур, в первую очередь, занимающихся социальными вопросами», – резюмирует Аркадий Дубнов.

 

Судя по новым заявлениям министерства информации и коммуникации, проблемы с доступом к популярным сайтам и мессенджерам не прекратятся до тех пор, пока оттуда не удалят весь «противоправный контент ДВК».


Вреда от Сети больше, чем пользы

 

Встает вопрос: как долго, однако, власти готовы изолировать казахстанцев от виртуального влияния оппозиции?

 

До тех пор, пока пользователи интернета готовы это терпеть, уверен Аркадий Дубнов. Возможно, впрочем, что скандал, связанный с ограничением интернета в Казахстане выйдет за пределы страны и за рубежом посчитают, что Астана ведет себя нецивилизованно. В этом случае Акорда может пересмотреть условия блокировки или объяснит ее необходимость примерно так, как в России объясняют блокировку Telegram. Но бороться с интернетом продолжат в любом случае, добавляет Дубнов.

 

Впрочем, необходимость в ограничении интернета признают не только госорганы, но и общественные организации, к которым пользователи обращаются за помощью.

 

«Практика ограничения доступа к некоторым сегментам интернета действует во всем мире, и это нормальное явление», – замечает Шавкат Сабиров. Кроме того, он напомнил о разработке Европейским Союзом так называемого правила одного часа, когда правоохранительным органам дано право удалять сообщения, не требуя судебного приказа или административного решения. Сабиров полагает, что само слово «интернет» вскоре заменят «сплинтернетом». Это произойдет, когда в каждой стране будет создан свой собственный замкнутый сегмент Сети.

 

«Сегодня угроза, которая исходит из глобальной сети, доминирует над положительными чертами интернета» – говорит Шавкат Сабиров. Он считает, что в последнее время потенциальная угроза, которую таит в себе интернет, значительно выросла. И это касается любой страны. Если же по какой-то причине государственные органы принимают решение ограничить тот или иной сегмент всемирной сети, об этом надо говорить открыто. И тогда люди смогут отнестись к этому с пониманием.

 

«Ведь 90% конфликтов – из-за непонимания, незнания или распространения фейковой информации в том же интернете», – поясняет Сабиров.

 

Еще один «законный» аргумент для блокировки Интернета и мобильной связи – угроза кибератак. В связи с этим разработан «Национальный антикризисный план реагирования на инциденты информационной безопасности». Особая роль в нем отведена Комитету национальной безопасности. Так, согласно вышеупомянутому плану, «в особых ситуациях, которые могут привести к тяжким преступлениям в результате компьютерной атаки, представители КНБ имеют право блокировать работу сетей и сотовой связи».

 

Эксперты не исключают, что внешним врагом дело не ограничится – власти попытаются защититься также и от выражения в интернете внутреннего недовольства граждан. Еще несколько лет назад считалось, что в сети можно свободно писать об острых темах – лишь бы они не касались политики. Однако вскоре выяснилось что тема «социалки» тоже чревата большим количеством отрицательных эмоций. Более того, гендиректор Центральноазиатского фонда развития демократии Толганай Умбеталиева полагает, что именно социальные проблемы могут вызвать серьезную волну недовольства и протеста, потому что они касаются буквально всех, тогда как в политику лезть захочет далеко не каждый. В этом случае соцсети становятся не только каналом связи власти и общества, но и своего рода увеличительным стеклом, через которое все проблемы видны очень хорошо.

 

По словам Умбеталиевой, власти могут бояться распространения эмоций в соцсетях. Эти эмоции, в свою очередь, способны вылиться в реальные действия на улицах.

 

«В последнее время значительно повысился эмоциональный градус обсуждения, много агрессии и грубости при обсуждении чувствительных тем, зачастую берут верх эмоции, а не здравый смысл, – говорит политолог. – Даже участники с высшим образованием порой начинают поддерживать способы и методы, в которых доминируют насилие и агрессия, а не реальные попытки решить проблему. Это несет определенные угрозы для социальной стабильности в стране: после обсуждений в социальных сетях общество не объединяется для решения проблем, а разъединяется. Критика в таком формате – с агрессией и оскорблениями – оказывается направленной и в адрес политического руководства. Потому нельзя исключать, что одной из причин блокировок стал рост негатива в социальных сетях».

 

Кроме примитивных способов вроде блокировки тех или иных ресурсов, власть использует и другие методы. Можно вспомнить, например, новогодний «подарок» в виде обязательной идентификации комментаторов на сайте. С начала года все, желающие прокомментировать какую-либо новость на казахстанских интернет-ресурсах, обязаны зарегистрироваться и заключать договор с сайтом. Такое нововведение привело к тому, что меньше чем через полгода одни сайты вообще отказались от комментариев, другие же ввели многоступенчатую систему премодерации. Неизвестно, уменьшило ли это поток негатива в комментариях, зато выявлению недовольных способствовало наверняка. По слишком разговорчивым теперь, в случае чего, могут ударить не только провластные боты и тролли, но и вполне официальные силовые структуры – было бы желание.


Фараби Алибиев | ИА Фергана
  • Не нравится
  • +4
  • Нравится
Читайте также:
Как вы относитесь к переводу казахского языка на латиницу?

ПОДДЕРЖАТЬ ПРОЕКТ RUSSIANSKZ.INFO