Последние новости


Кривое зеркало туркменской боеготовности

18 июня 2018
245
0

Месяц назад президент Туркменистана провёл очередное показушное мероприятие, назвав его военными учениями. Продемонтировал умение стрельбы из различных видов импортного стрелкового оружия, навыки метания ножей. Были представлены и новые дорогостоящие «игрушки» - малогабаритные вертолёты, на этот раз купленные в Италии. 

 

По оценке жителей Туркменистана, с которыми редко, но метко удается пообщаться вживую, все сходятся в том, что Аркадаг (Гурбангулы Бердымухамедов) и Туркменбаши (Саппамурат Ниязов) – в целом одинаковы и  даже внешне где-то похожи. Но у Туркменбаши есть два преимущества: его уже нет в живых, и он был сиротой. У Аркадага же сёстры и племянники, их жёны и дети. И на всех ресурсов не хватает. Тем более сейчас  Россия газ не покупает, и долги Китаю и Ирану выплачивать не из чего.

 

В Туркменистане фактически не осталось ни одного серьезного объекта бизнеса, не обложенного бы дополнительной данью, которая идёт, как говорят, в кошельки одной из сестёр или многочисленных племянников действующего президента. Происходит ли это на самом деле, либо дополнительный налог  оседает у посредника, платящий оброк проверить  не может. Одно время бизнес «детей лейтенанта Шмидта»  приобрел пугающие масштабы, сейчас их количество заметно сократилось, но предпринимателям от этого не легче: чтобы работать, недостаточно платить официальные налоги, а количество неофициальных поборов не уменьшается даже на фоне продолжающегося ухудшении экономической ситуации.

 

Рост безработицы, уровень которой скрывается, по существующим оценкам, уже давно превысил 50% трудоспособного населения. И этот показатель не отражает полную картину. В туркменских семьях традиционно женщины занимаются домашним хозяйством и воспитанием детей. Однако это правило всегда определялось укладом каждой конкретной семьи. Если женщина хотела получить образование, работать и делать карьеру – такая возможность всегда была. Сегодня же туркменские женщины зачастую вынуждены работать по той причине, что среди мужчин безработица намного выше, и они просто не могут найти работу, в связи с чем единственной кормилицей в семье становится женщина.

 

В этой связи, казалось бы, должен был вырасти престиж военной службы: хотя бы по той причине, что денежное довольствие военнослужащего  обычно является стабильным источником дохода. Но этого в реальности не происходит.

 

Вооруженные силы Туркменистана состоят из Сухопутных войск,  объединенным между собой ВВС и войск ПВО, а также ВМС. Их численность сегодня составляет чуть менее 30 тысяч военнослужащих и гражданского обслуживающего персонала. Техническая оснащенность туркменской армии находится на достаточно высоком уровне, если брать в расчет количество техники и уровень её современности. То есть уровень оснащенности соответствует задачам, стоящим перед вооруженными силами, даже с учетом ситуации на афгано-туркменской границе. Основная проблема  - в качестве личного состава, его профессиональной подготовке, мотивированности и  морально-психологическом состоянии.

 

Вооруженные силы любого государства являются неотъемлемой частью общества, где отражаются, как в зеркале, все его достижения и недостатки. Не являются исключением туркменские ВС.

 

Прошло около трёх лет, как в туркменскую армию стали привлекать контрактников, в основном в качестве сержантского состава на должности командиров отделений (низовое подразделение в армейской иерархии). Большинство контрактников отправляются на туркменско-афганскую границу, где ситуация имеет ярко выраженную турбулентность с растущими рисками, увеличивающимися под негативным влиянием ближневосточных конфликтов. При этом текучка среди контрактников является высокой: первый контракт дорабатывают в лучшем случае 4 из 10 контрактников.

 

Военная доктрина Туркменистана формально призвана обеспечить защиту страны и населения, однако её выполнять с каждым годом становится труднее. В приграничных с Туркменистаном афганских провинциях Фарьяб, Бадгис и Джаузджан сосредоточены крупные группировки  движений «Талибан» (ИДТА) и  ИГ, которые, то  ведут между собой ожесточенные бои, то устраивают перемирия и ведут совместно боевые действия против афганских правительственных войск.

 

В уездах Хамьяб и Каркин провинции Джаузджан проживают этнические туркмены, с которыми активно работают туркменские спецслужбы. Во многом эту работу можно признать положительной, однако, по имеющейся информации, в туркменском приграничье с афганской стороны уже не первый год действуют представители спецслужб Великобритании, которые также ведут целенаправленную работу среди афганских туркмен, и эта работа приносит результаты, которые беспокоят Ашхабад. Их цель заключается в том, чтобы через дополнительное искусственное нагнетание ситуации на границе с Туркменистаном склонить его руководство к расширению военно-технического сотрудничества.

 

При этом, например, американцев Туркменистан в меньшей степени интересовал и интересует в качестве рынка сбыта своей военной техники, хотя она и представлена практически во всех родах войск  туркменских ВС. Американцев всегда интересовал доступ к туркменским военным аэродромам, оставшимся в наследство от советской эпохи. И этот интерес с учетом вновь обострившихся американо-иранских отношений в последнее время только крепнет.

 

В результате деятельности в основном британских кураторов некоторые лидеры афганских туркменских общин стали выражать  недовольство в адрес туркменских властей, которые из-за экономических трудностей сократили им материальную помощь. Благодаря этой помощи в перечисленных выше трех афганских приграничных улусвольствах было создано несколько этнических туркменских отрядов самообороны. Они  не позволяли «талибам» закрепиться в приграничных с Туркменистаном районах и препятствовали вооруженным вылазкам на туркменскую территорию, связанным с проведением «талибами» операций по контрабанде героина в Иран.

 

При этом не стоит думать, что эти этнические туркменские группировки стали непреодолимым препятствием для потока героина. Контролируемые туркменскими спецслужбами каналы переброски героина из Афганистана как действовали при покойном президенте Саппамурате Ниязове, так продолжили действовать и при нынешнем президенте Бердымухамедове.

 

Знающие люди подсказывают, что в заслугу  Бердымухамедову можно зачесть разрушение существовавшей при Ниязове регуляции объема потребления героина на внутреннем рынке. Эта система работала под патронажем МНБ Туркменистана через шесть подконтрольных крупных дилеров.  Остальные участники незаконного оборота наркотиков считались нелегитимными,  против них велась постоянная борьба, в результате которой за незаконный оборот наркотиков ежегодно осуждались 5-6 тысяч туркменских граждан (немалый процент составляли женщины и молодые парни до 25 лет).  

 

Бердымухаммедов разрушил эту систему, пересажав  подконтрольных спецслужбам крупных дилеров (всего их было 6: по 1 в каждом велаяте + 1 дополнительный в Ашхабаде).  Это привело к резкому (в три и более раз) росту цен на героин на внутреннем рынке, что в свою очередь способствовало резкому сокращению физического объема его потребления.

 

Эксперты из числа туркменских эмигрантов, включая бывших военных,  указывают на то, что журналисты в основном обращают внимание на внешний фактор безопасности Туркменистана, исходящий с территории Афганистана, однако редко говорят о внутренних проблемах состояния вооруженных сил. Например, мало кто пишет о том, что за последние десять лет заметно изменилась демографическая ситуация, и сейчас туркменские вооруженные силы испытывают дефицит призывников. Ранее, в середине 90-х прошлого столетия, их число составляло около 100 тысяч ежегодно, что более чем в три раза превышало потребности армии.

 

Именно этим объясняются следующие обстоятельства. Согласно первой редакции туркменской конституции численность вооруженных сил не могла превышать 1% от численности населения, в связи с чем искусственно завышались статистические данные. Так, ещё при жизни Саппамурата Ниязова в Туркменистане якобы родился 7-миллионный гражданин. Хотя было понятно, что и тогда, и сейчас численность граждан Туркменистана не превышает 6 млн человек, а с учетом значительного потока эмиграции в последние годы – составляет около 5,5 млн граждан. Переизбыток граждан призывного возраста стал причиной принятия в 2002 году решения о формировании из лиц призывного возраста воинских подразделений, которые направлялись на работу в различные отрасли экономики и сферы услуг. Однако после 2010 года число призывников постепенно стало сокращаться.

 

Изменения демографической ситуации стали происходить не только в силу ухудшения социально-экономической ситуации в первые годы независимости, но и из-за таких факторов, как, например, рост потребления тяжелых наркотиков представителями молодого поколения. Эта проблема до сих пор не преодолена туркменским обществом, несмотря на меры, о которых коротко было сказано выше, и отражается, в том числе на качестве и количестве призывников для вооруженных сил.

 

Из-за повальной наркомании в период ниязовщины сегодня процент здоровых юношей призывного возраста крайне низок и не превышает 20-25%.  Уже примерно к концу 90-х годов в Туркменистане стала острой проблема выдать замуж девушку не за наркомана. В то время, как и сейчас, материальное положение жениха имело важнейшее значение, но найти жениха, не знакомого с героином, стало не менее важным. Таким образом, нынешнее физическое и психическое состояние призывников является результатом широкого распространения наркомании в Туркменистане в период  Ниязова.

 

Как было сказано выше, состояние туркменской армии отражает проблемы в государстве, в том числе связанные с коррупцией. Быть офицером стало грязным делом: содержать семью на честную зарплату не получится, хотя деньги тебе платят регулярно, а гражданским соседям по дому не платят даже этого.

 

Бывший майор сухопутных войск Туркменистана, ныне проживающий в Турции, рассказывает:

 

«В туркменской армии взятки брали всегда. Однако раньше брали взятки за то, чтобы бывшие школьники шли служить. Если помните,  Ниязов сократил образование в средней школе до 9 классов.  Семьи большие, безработица в аулах, не было даже возможности при Ниязове у себя на земле выращивать лук, чтобы продать на базаре. Только хлопок и зерно. Тогда было 100 тысяч призывников, а нужно было всего лишь 27-32 тысячи. И в 17 лет шли в армию, чтобы кушать регулярно. За это давали взятки. Чтобы заявление приняли. Сейчас берут взятки за то, чтобы уклониться от призыва  и чтобы не искали. Кушать в армии нечего».

 

Дают взятку буквально за всё: за то, чтобы попасть в «хорошую» воинскую часть, чтобы попасть в «хорошее» подразделение и т.д. Отношения между родителями солдат и офицерами строятся исключительно на денежной основе и/или подарках (телефоны, запчасти, бытовая техника и пр.).

 

«Сегодня укомплектованность офицерами подразделений ВС и ГПСТ (государственная пограничная служба Туркменистана) – менее 40%, - объясняет бывший майор. - Взятки дают, чтобы уволиться. Пугающая текучка. Раз в квартал призывают отставников, кого-то по второму разу. Все бегут. Уровень компетентности офицерского состава  в таких условиях не требует комментариев».

 

И главное:

 

«В самой благополучной части существует дедовщина, однако это не совсем  дедовщина советской армии: кто и сколько месяцев прослужи, конечно, важно, но важнее  с «какого ты велаята, этрапа, аула». Это самая страшная вещь, которая уже погубила туркменскую армию окончательно».

Собеседник платил взятку, чтобы получить погоны майора. На погоны подполковника, когда подошёл срок,  денег ему уже не хватало, да и не из того  он рода и племени. Поэтому уехал в Турцию.

 

Почему так происходит, ему непонятно . Он вспоминает, как в своё время  Ниязов говорил: «любой солдат искренне готов умереть за своего президента, за свой народ, независимость своей страны и ее постоянный нейтралитет". По всей видимости, сейчас  никто умирать за  Бердымухамедова не готов.

 

По данным Military Strength Ranking, туркменская армия в 2018 в рейтинге армий мира поднялась на шесть позиций, заняв 80-ую строку рейтинга (что соответствует среднему уровню боеспособности). Она отстает от Казахстана (50-ая строка рейтинга) и Узбекистана (39-ая строка рейтинга), однако находится выше Кыргызстана (91-ая строка) и Таджикистана (96-ая).

 

Но рейтинги рейтингами, а как оно окажется на самом деле, возможно, покажут дальнейшие события в регионе. Пока перспектива развития не несёт ничего хорошего.


Андрей Медведев | kz.expert
  • Не нравится
  • +2
  • Нравится
Читайте также:
Как вы относитесь к переводу казахского языка на латиницу?

ПОДДЕРЖАТЬ ПРОЕКТ RUSSIANSKZ.INFO