Последние новости


Прорвал границу и ушел, отстреливаясь. Или нет

7 февраля 2019
340
0

В отношении правозащитника Дмитрия Тихонова в Узбекистане сфальсифицировали уголовное дело

 

Пока узбекские власти совместно с Международной организацией труда (МОТ) громогласно заявляют о достигнутом прогрессе в борьбе с принудительным и детским трудом на сборе хлопка, против правозащитника Дмитрия Тихонова, который на деле боролся с эксплуатацией взрослых и детей и из-за этого был вынужден покинуть Узбекистан в 2015-м, как оказалось, было возбуждено уголовное дело, а сам он объявлен в розыск за «прорыв границы».

 

Как выяснилось, в отношении Дмитрия Тихонова еще в июле 2016-го было возбуждено уголовное дело. Оперативные ориентировки на Тихонова появились в ГУВД города Ангрена, а также в махаллинском (квартальном) комитете по месту жительства его матери — среди сотен фотографий других уголовных преступников. Дело было возбуждено по статье 223 ч. 2, п. «а» («Незаконный выезд за границу или незаконный въезд в Республику Узбекистан в нарушение установленного порядка, совершенные путем прорыва»).

 

Это тем более удивительно, что в конце 2015 года Тихонов официально и легально (после часового задержания с тройным обыском) выехал через КПП «Гишт куприк» в соседний Казахстан, оттуда — в другую страну СНГ, а затем, через некоторое время, — в Европу. Позже он получил политубежище во Франции.

 

«В начале 2015 года у меня закончился срок действия выездной визы, — объясняет сам Дмитрий Тихонов. — Я подал запрос на новую, но началась волокита. Так я вторично попал в число невыездных. (Выехать из Узбекистана в страны СНГ можно было и с просроченным выездным стикером. — Прим. «Ферганы»). А когда бежал в Европу, то вылетал из Украины без выездной узбекской визы. Формально я закон, конечно, нарушил. Но кто меня к этому подвел?.. Те, кто открыл на меня уголовное дело, добавили к обвинению формулировку «с прорывом». Никакого прорыва с моей стороны не было, я спокойно прошел таможенный и пограничный контроль, сел в самолет и улетел. Но этим пунктом они усилили возможное наказание, добавили еще пять лет заключения».

 

Пересечение границы со странами, не входящими в СНГ, с просроченной выездной визой по узбекским законам считается правонарушением и наказывается штрафом от 200 до 400 минимальных размеров заработной платы или ограничением или лишением свободы на срок от 3 до 5 лет. Прорыв через границу карается более строго — 5-10-летним заключением. Но откуда взялся «прорыв» в деле Тихонова, сказать могут только следователи, фабриковавшие обвинение.

 

Три административных и одно уголовное

 

К моменту вынужденной эмиграции Тихонова в Узбекистане против него были возбуждены три административных дела. Первое — в сентябре 2015-го — по статье 183 («Мелкое хулиганство»), практически сразу второе — по заявлению некоей жительницы Ангрена, обвинившей правозащитника в том, что Тихонов «незаконно снимал ее на видеокамеру», а за ним и третье, вновь по статье «Мелкое хулиганство»: якобы Тихонов пришел на работу (в товарищество собственников жилья, ТСЖ) к некоей гражданке Чимбаевой и обматерил ее и ее сестру. При этом сам Дмитрий уверяет, что даже не знает, где находится ТСЖ, в котором работает эта Чимбаева, и ни ее саму, ни сестру в глаза не видел.

 

Дела «шились» подряд с активным использованием лжесвидетелей и с перспективой превращения правозащитника в правонарушителя-рецидивиста с последующей переквалификацией всех этих дел в уголовные. За Тихоновым осуществлялась неприкрытая слежка, в сентябре 2015-го он был задержан и избит в ГУВД Ангрена, а в октябре того же года подожгли его дом в городке Янгиабад. Уехать или, по крайней мере, на какое-то время выехать из страны стало для него единственной возможностью избежать заключения.

 

Но почему теперь, после смены высшего руководителя страны, уголовное дело в отношении Тихонова все еще не прекращено?

 

Я съездил в Ангрен и попытался выяснить подробности возбуждения дела. На проходной ГУВД меня соединили по телефону с начальником уголовного розыска. Тот лицемерно заявил, что «Тихонов — хороший парень», и «мы знаем, что он скрывается в Ташкенте». Потом попросил перезвонить ему на мобильный на следующий день — он, дескать, должен кое-что уточнить. Но сколько я потом ему ни звонил, он не брал трубку.

 

Политические причины преследования

 

Умида Ниязова, создатель и руководитель НПО «Узбекско-германский форум», добивающегося отмены хлопкового рабства, прокомментировала ситуацию следующим образом: «Дмитрий занимался сбором информации о детском и принудительном труде в самые сложные времена, когда за это давали реальные сроки. СНБ (Служба национальной безопасности, сегодня переименована в СГБ. — Прим. «Ферганы») сделала все, чтобы выдавить его из страны. Сначала подговорили неизвестных женщин написать доносы, что он на них ругался, чтобы «повесить» административные нарушения, затем при странных обстоятельствах сгорел его дом. При Каримове можно было вообще не заморачиваться доказательствами, скорее всего, если бы Дмитрий не уехал, то его запросто посадили бы. Ему пришлось бежать в Европу без выездной визы. Причем узбекскую границу он перешел вполне легально. Теперь же, когда выездные визы отменили, власти тупо продолжают преследовать тех, кто посмел нарушить это идиотское правило [в прежние времена]. Нигде в мире (кроме Северной Кореи) граждане не спрашивают разрешения государства на то, чтобы выезжать из страны. Требование иметь выездную визу антиконституционно, эта норма, которая на протяжении многих лет нарушала права граждан Узбекистана на свободу передвижения. Поэтому заводить уголовные дела нужно на тех, кто придумал и поддерживал эту антиконституционную норму. Случай с Дмитрием является особенным, потому что он уехал, спасаясь от явного произвола. Государство должно не только отменить уголовное дело против него, а пригласить в страну и наградить орденом за вклад в освобождение детей от сбора хлопка».

 

«Власти очень долго преследовали Дмитрия Тихонова за его мирную правозащитную работу, и возбуждение дела за нелегальное пересечение границы далеко не первый случай, когда Тихонов имел серьезные проблемы со спецслужбами, — говорит Стив Свердлов, исследователь Human Rights Watch по Средней Азии. — Как хорошо известно, милиционеры задержали Тихонова в сентябре 2015 года, когда он проводил мониторинг принудительного труда на хлопковых полях. Во время допроса в Ангрене, произошедшего после задержания, он был жестоко избит, а перед тем, как ему пришлось покинуть страну, при очень сомнительных обстоятельствах дом Тихонова был сожжен. Human Rights Watch давно поднимает перед властями Узбекистана и дипломатическими миссиями вопрос о деле Дмитрия Тихонова. Очень важно властям показать свою приверженность к ценностям прав человека, обеспечить ему безопасное возвращение на свою родину и закрыть явно политически мотивированное дело. Правозащитники должны чувствовать себя в безопасности и быть востребованными, а не изгоями в своей стране».

 

Министерство юстиции настаивает на старых обвинениях

 

В декабре 2017 года Cotton campaign, международная коалиция, ратующая за запрещение принудительного труда в Узбекистане и Туркменистане, направила письмо в Министерство юстиции Узбекистана с призывом пересмотреть дела, сфабрикованные против правозащитников, участвовавших в мониторинге принудительного и детского труда, в том числе против Дмитрия Тихонова, и отменить назначенные им уголовные и административные наказания.

 

В ответе Минюста говорилось, что они «тщательно изучили доводы НПО Cotton campaign, и что заявления последней не соответствуют реальному положению дел, поскольку все вышеупомянутые лица (Малохат Эшонкулова, Укдам Паррдаев, Фахриддин Тиллаев, Нуриддин Джуманиязов и Дмитрий Тихонов. — Прим. «Ферганы») были задержаны в связи с совершением конкретных правонарушений и привлечены к ответственности в соответствии со всеми процессуальными требованиями. Кроме того, в ответе утверждалось, что имеющаяся у министерства информация о Дмитрии Тихонове основывается «на фактах и расследованиях».

 

«Было установлено, что 19 сентября 2015 года около 10:15 утра г-н Тихонов оскорблял людей возле хокимията (администрации) города Ангрен и преследовал г-жу Биянову, г-жу Контуганскую и г-жу Юлдашеву. Таким образом, он сознательно пренебрег правилами поведения в обществе, нарушал общественный порядок, а также мирную обстановку вокруг. 17 декабря 2015 года решением Ангренского городского уголовного суда в Ташкентской области г-н Тихонов был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 183 («Мелкое хулиганство») Кодекса об административной ответственности, на него был наложен административный штраф в виде штрафа в размере 5 минимальных зарплат (651.200 сум) ($118 по реальному курсу. — Прим. «Ферганы»). Никаких незаконных действий со стороны сотрудников правоохранительных органов в отношении г-на Тихонова не было.

 

В то же время мы сообщили, что действительно 20 октября 2015 года произошел пожар в квартире, принадлежащей г-ну Тихонову, расположенной по адресу: Ташкентская область, Ангрен, махалля Янгиабад, ул. Навруз, 12, кв. 1. Согласно заключению пожарно-технической экспертизы пожар в квартире произошел из-за короткого замыкания, вызванного неисправностью электропроводки в квартире. В связи с этим было принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела на основании ст. 83 («Основания для реабилитации») УК РУз».

 

О двух административных делах, заведенных в отношении Тихонова позже, Минюст предпочел промолчать, зато появление последнего, уже уголовного, объяснил так:

 

«19 июля 2016 года Департамент внутренних дел города Ангрен возбудил уголовное дело против Тихонова по части первой статьи 223 («Незаконный выезд за границу или незаконный въезд в Республику Узбекистан») Уголовного кодекса Республики Узбекистан. Согласно материалам уголовного дела г-н Тихонов незаконно пересек государственную границу Республики Узбекистан без разрешения на выезд за границу и уехал в Турецкую Республику. В настоящем деле г-н Тихонов был заочно экстрадирован в качестве ответчика по части первой статьи 223 и абзацу «а» части второй статьи 223 Уголовного кодекса Республики Узбекистан, и против него была принята мера пресечения в виде заключения под стражу. В настоящее время расследование по уголовному делу приостановлено в порядке пункта 2 ч. 1 ст. 364 Уголовно-процессуального кодекса Республики Узбекистан (ввиду неизвестности места пребывания обвиняемого. — Прим. «Ферганы»)».

 

Как было на самом деле

 

Кратко прокомментируем ответ Минюста.

 

Первое административное дело. Дмитрий Тихонов разговаривал с бюджетниками Ангрена возле автобусной колонны, почти готовой к отправке на поля, когда группа людей, в том числе три председательницы махаллинских (квартальных) комитетов, присматривающих за тем, чтобы никто не пытался запечатлеть на фото и видео сотрудников предприятий, организованно отправляемых на уборку хлопка, прицепились к нему и обвинили в сборе информации для публикации, очерняющей Узбекистан. На основании их заявлений через несколько дней он был задержан, а попутно избит в ГУВД Ангрена. О том, как фабриковалось это дело, сам Тихонов подробно рассказал в статье на портале Asia Terra.

 

Пожар. Во-первых, он произошел не в квартире, а в частном доме. Во-вторых, обстоятельства были следующие. 20 октября 2015 года в Янгиабад приехали на машине три человека из Ангрена, зашли в местный махаллинский комитет, предъявили удостоверения эсэнбэшников и спросили, где находится дом Дмитрия Тихонова (сам он в те дни находился в Ташкенте), после чего проследовали по указанному адресу. Ночью его дом загорелся. Сгорел рабочий кабинет и примыкающая к нему часть коридора, причем исчезли хранившиеся в металлической коробке два внешних жестких диска с архивом, а из уцелевшей комнаты пропали около ста экземпляров распечатанных правовых справочников по противодействию детскому и принудительному труду. Отметим, что это был не первый поджог домов и квартир узбекских правозащитников.

 

Пересечение границы путем прорыва. Это уж совсем непонятно, учитывая официальный проход Тихонова через КПП.

 

Таким образом, ни о каком признании того, что все эти дела были грубейшим образом сфабрикованы, по-прежнему речь не идет.

 

Власть хочет дружить

 

Тем не менее, по словам Дмитрия Тихонова, в 2018 году на него через некоторых людей вышел заместитель министра труда Узбекистана с предложением диалога. Неясно, в чем бы он мог заключаться, однако это говорит о том, что тема принудительного труда важна для властей страны (в сентябре 2018-го американцы исключили узбекский хлопок из списка товаров, производимых с использованием детского труда, хотя он остается в списке товаров, изготовленных с участием принудительного труда взрослых). Ташкент пытается получить доступ на рынки Европы и США, и в этом свете преследование правозащитников за мониторинг принудительного и детского труда идет не на пользу узбекскому правительству и его нарабатываемой репутации борца с этим самым трудом, важной для отчетности перед Всемирным банком, Евросоюзом и другими международными партнерами-спонсорами-донорами.

 

Понятно, что реальных реформ в трудовой сфере Узбекистана не может быть без реабилитации тех, кто боролся против рабского труда в те времена, когда молчали сегодняшние «борцы» (нынешний президент Шавкат Мирзиёев был при Каримове премьер-министром, ответственным за сельское хозяйство и производство хлопка). Недавно стало известно, что МОТ отправила узбекской стороне запрос о деле Тихонова. Получен ли был ответ, пока неизвестно.

 

Во время хлопкоуборочной кампании 2018 года эта организация предложила независимым узбекским правозащитникам, отслеживавшим принудительный и детский труд, совместный мониторинг в составе групп МОТ. Но в то же время эта организация не предпринимает в отношении правозащитников, пострадавших в ходе мониторинга, никаких неформальных шагов, направленных на их защиту и реабилитацию.

 

Узбекистан косвенно признал, что в стране использовался детский и принудительный труд (об этом говорилось и в выступлениях президента, и премьер-министра, и других чиновников, этого касались указы, законы и другие документы). Теперь остается признать, что Тихонова преследовали не за нарушение закона или подготовку диверсии (как говорилось в подметной статье, обвинявшей его в хранении инструкций по изготовлению взрывных устройств), а за борьбу с хлопкорабством.

 

Отметим, что в 2016 году Американская правозащитная организация International Labor Rights Forum (Международный форум прав трудящихся) объявила о награждении Дмитрия Тихонова международной премией наряду с Еленой Урлаевой и Уктамом Пардаевым — «за их лидерство, храбрость и стремление изменить государственную систему принудительного труда в хлопковом секторе Узбекистана».

 

От редакции. В эти дни, 4-6 февраля, делегация правительства Узбекистана принимает участие в ежегодном совещании коалиции Cotton Campaign. В Вашингтон отправились вице-премьер Танзила Нарбоева и министр трудовых отношений и занятости Шерзод Кудбиев. В МИД Узбекистана отмечают, что основная цель встречи — выработка механизмов, направленных на отмену бойкота узбекского хлопка крупными брендами. Интересно, будет ли на встрече поднят вопрос прекращения преследования узбекистанских правозащитников, которые подверглись репрессиям в период мониторинга принудительного труда при прежней власти, или представители Cotton Campaign предпочтут обойти эти неудобные вопросы и сделать вид, что Министерство юстиции Узбекистана дало исчерпывающий ответ?


Алексей Волосевич | ИА Фергана
  • Не нравится
  • +2
  • Нравится
Читайте также:
Как вы относитесь к переводу казахского языка на латиницу?

ПОДДЕРЖАТЬ ПРОЕКТ RUSSIANSKZ.INFO