Сегодня

476,01    490,15    70,64    7,81
Общество
Повлияли ли текущие кризисные события на ваши миграционные настроения?

Достаточно ли для Академии наук Казахстана возвращения статуса государственной?

Сергей СмирновРитм Евразии
24 июня 2022
Коллаж: © Русские в КазахстанеВ Казахстане академическая наука создавалась практически с нуля и в короткие сроки достигла впечатляющих успехов. К 1932 году, когда была создана казахстанская база Академии наук СССР (в 1938 году преобразованная в филиал Академии наук СССР), в республике имелось 12 НИИ, 15 экспериментальных станций, два проектных института, число вузов в течение 1930-х годов достигло двух десятков. Как самостоятельная структура фундаментальной науки Академия наук была образована в Алма-Ате 1 июня 1946 года.

К этому времени в республике была создана целая сеть научных учреждений, включавшая 16 НИИ, семь опытных станций, три ботанических сада, в которых работало 1400 сотрудников, в т. ч. 57 докторов и 184 кандидата наук. В первый состав академии вошло 14 академиков и 16 членов-корреспондентов. Уже к началу 60-х годов по результатам научных исследований и внедрения их в производство АН Казахской ССР занимала второе место в системе союзной Академии наук. В 1980-х Казахстан по количеству студентов вузов на 1 тыс. человек вышел на первое место в СССР.

Распад СССР, разрушительно сказавшийся на экономике республики, отразился и на образовании, и на науке. В рейтинге стран по качеству системы образования в 2020 году республика заняла 62 место из 93 в мире (Россия – 36, Киргизия – 55). Неудивительно, что ситуация в науке складывается критическая – она в прямом смысле деградирует. Объемы финансирования и численность сотрудников Академии наук сократились в разы. Если в советское время на науку тратилось 5% ВВП, то сегодня 0,1%!

Отказ от базового и переход на грантовое финансирование, выжить на которое фундаментальной науке практически невозможно, привел к обнищанию научных учреждений. Из более 40 научных институтов часть разбросали по ведомствам, часть ликвидировали. Стране оказались не нужны наукоемкие технологии и производства. На площадях бывших заводов и НИИ появились торгово-развлекательные центры, основой экономики стали добыча и продажа сырья.

Высокоэффективную в советский период Академию наук по факту отлучили от науки, всю систему управления научной деятельностью, как отмечает большинство ученых, полностью разрушили, а новой научно-технической политики не создали. Итог печален. За годы независимости численность ученых сократилась почти вдвое (с 40,8 тыс. человек в 1991 году до 22,6 тыс. человек в 2021 году, из которых лишь 8 тыс. имели докторскую или кандидатскую степень). Мерой эффективности сделали не качественные исследования, а искусственную статистику, формальные наукометрические показатели.

Сегодня ученых оценивают не по квалификации, актуальности и уровню проводимых ими исследований, а по пресловутому индексу Хирша и количеству англоязычных публикаций в отобранных по достаточно формальным критериям научных журналах. В Казахстане перестали признавать даже статьи, опубликованные в изданиях Российской академии наук с высоким индексом научного цитирования.

Кроме того, наука не используется ни в экономике, ни где-нибудь еще, а существует сама по себе. Одной из основных проблем кадрового и научного потенциала остается нестабильный и низкий уровень оплаты труда ученых. Так, в 2020 году средняя заработная плата ученых составила 72% от среднереспубликанской. При этом научные работники всецело зависят от грантов и воли чиновников. Следствием стала низкая привлекательность научной деятельности.

 В 2003 году по «инициативе ведущих ученых Казахстана» президент Н. Назарбаев своим указом № 1208 от 21 октября лишил Академию наук государственного статуса и перевел ее в разряд республиканского общественного объединения. Но главное – за годы независимости управление наукой в Казахстане оказалось в руках чиновников, не имеющих о ней никакого представления и совершенно незаинтересованных в ее развитии.

 В ходе многочисленных реформ, смены целевых ориентиров и экспериментирования с механизмами их достижения отечественная наука и образовательная сфера периодически кочевали по различным ведомствам. Однако все эти трансформации здравым смыслом не отличались и каких-то значимых положительных результатов не принесли.

 За годы независимости в Казахстане нет открытий, к примеру, новых урановых или крупных нефтегазовых месторождений. Так, урановый рудник Акдала был открыт еще в советское время, а 1999 году просто выделен в отдельное месторождение. Разведка распиаренного Кашагана началась советскими геологами еще в 1987 году.

Академию наук выдавили на задворки, превратив, по сути, в «клуб ученых», которые преимущественно заняты тем, что избирают друг друга. Многие становятся академиками, не будучи членами-корреспондентами. И это понятно. В выборах академиков может участвовать любой доктор наук, заплативший взнос в размере 57 тыс. тенге.

По данным сайта общественного объединения «Национальная академия наук», в настоящее время в ней насчитывается 163 академика и 76 членов-корреспондентов. Среди академиков есть как известные ученые, так и те, кто не занимается научной работой. По словам академика Хангельды Абжанова, только 30% ученых в Казахстане являются исследователями, ежедневно занимающимися наукой. Остальные на ней паразитируют.

Эффективная система подготовки научных кадров высокой квалификации через аспирантуру и соискательство с защитой кандидатских и докторских диссертаций, наряду с подготовкой докторов PhD, сохраненная в ряде стран бывшего Союза (России, Кыргызстане, Таджикистане), в Казахстане упразднена. Результатом стал дефицит ученых высшей квалификации и зачастую полная утрата многих ранее развитых направлений науки.

Научные звания превратились в предмет коррупции и ярмарку тщеславия. К примеру, в списке академиков значатся экс-президент Назарбаев, его дочь и сват, бывшие и действующие министры и члены парламента. В частности, на состоявшейся 1 декабря 2011 года в Театре оперы и балета в Алма-Ате встречи Назарбаева с отечественными учеными часть последних состязались в похвалах в адрес президента, а Национальная академия наук за «значительный вклад в развитие мировой науки» присвоила ему звание «Ғасыр ғұламасы» (Ученый века).

Академиков в итоге много, а научных достижений нет. О былой славе казахстанской науки напоминает лишь надпись «Қазақ ССР ғылым академиясы – Академия наук Казахской ССР» над главным входом здания Академии, построенного в 1957 году.

Выступая 1 июня с. г. на юбилейной сессии Национальной академии наук, президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев поздравил республиканское общественное объединение «Национальная академия наук» с 75-летием и озвучил перечень инициатив в сфере образования и науки. В частности, пообещал вернуть Академии наук государственный статус и финансирование из бюджета, академикам – пожизненные стипендиивозродить Национальный центр научно-технический информации. Президент также отметил, что в Казахстане необходимо создать и Национальную систему цитирования, которая позволит повысить качество научно-исследовательских работ.

Касым-Жомарт Токаев: «Академия должна стать центром научной мысли и авторитетной структурой, осуществляющей экспертную деятельность»

В начале июня в Казахстане произошла очередная реорганизация: министерство образования и науки разделили на два ведомства – министерство просвещения и министерство науки и высшего образования. Спасет ли это казахстанскую науку, не обернется ли дальнейшей бюрократизацией и новой армией чиновников? Может, вместо того, чтобы сейчас вливать деньги в новые министерства, лучше бы их направить непосредственно на развитие науки?

Достаточно ли этого для стимулирования научной деятельностиВряд ли, даже подняв статус, можно восстановить ее в прежнем виде. Проблема не в форме, а в содержании: если нет ни научных кадров, ни научной базы, то не будет и результатов. Важно не присуждать стипендии престарелым академикам, а оказывать поддержку молодым ученым, поскольку голым энтузиазмом, без финансирования молодежь наукой не заинтересуешь.

У нынешней Академии наук нет своих институтов: одни академические НИИ закреплены за отраслевыми министерствами (например, Институт математики перешел в министерство цифрового развития, Институт сейсмологии – в министерство по чрезвычайным ситуациям), другие переданы в крупные компании (так, Институт химических наук через КБТУ вошел в состав НК «КазМунайГаз»), третьи объединили с университетами. Правда, и после этого никто из них не выдает ощутимых результатов.
 
Академии наук необходимо под своей крышей вновь собрать сохранившиеся НИИ, в том числе находящиеся в ведомственных подразделениях министерств. Вместе с тем следует прекратить создание неоправданных ни финансово, ни практически новых научных структур. Так, при том, что с советских времен существует Институт истории и этнологии имени Ч. Валиханова, в столице республики открыли Институт истории государства и Институт изучения улуса Джучи, к деятельности которых имеется множество вопросов.
 
Безусловно, ещё есть время исправить сложившуюся ситуацию. Для этого требуются «лишь» системный государственный подход, политическая воля и персональная ответственность за реализацию принятых решений.
+3
    11 064