Сегодня

469,17    495,07    67,46    7,56
Экономика
Повлияли ли текущие кризисные события на ваши миграционные настроения?

Судьба инноваций в Новом Казахстане

Николай КузьминТуранпресс
2 ноября 2022
Коллаж: © Русские в КазахстанеВ душах казахстанцев патриотизм гармонично уживается с мазохизмом, поэтому мы любим всевозможные рейтинги. Если мы находим себя в верхней части рейтинга, мы радуемся и гордо шепчем: ну вот, пришлось им признать, что мы лучше всех! Если мы видим себя где-то внизу, то мы смотрим с гневом в сторону предполагаемого правительства и горько вздыхаем: вот до чего вы довели страну и народ!

В конце сентября Всемирная организация интеллектуальной собственности (ВОИС) представила очередной, уже пятнадцатый по счету Глобальный инновационный индекс – Global Innovation Index 2022. В этом докладе отслеживаются показатели эффективности инновационных экосистем 132-х экономик и актуальные глобальные тенденции в области инноваций. Оставим глобальные тенденции на рассмотрение экспертов, а сами взглянем на страновой рейтинг и на место, которое Казахстан в нем занимает. Спойлер: обзор рейтинга даст повод как для гордости, так и для горьких вздохов.

Из грустного, но вполне ожидаемого – в глобальном рейтинге, где Казахстан и прежде не был лидером, мы опустились еще ниже, на 83 место из 132 (в прошлом году были на 79-м месте, в позапрошлом – на 77-м). Посыплем немного соли на раны – выше нас в этом рейтинге находятся не только абсолютно все европейские страны, чей опыт мы так любим изучать, но также монархии Персидского залива, включая Бахрейн и Оман, большая часть Северной и Южной Америки, а также Юго-Восточной Азии. Вьетнам, например, на 48-м месте.

Из обидного, но тоже вполне прогнозируемого – Узбекистан нас обошел. Всего на одну позицию, но вполне уверенно, разрыв заметный (у нас 24,7 балла, у узбеков 25,3). Еще обиднее, что он занял наше место в тройке региональных лидеров (наш регион – Центральная и Южная Азия), где мы последние годы занимали почетное третье место (на первом – Индия, на втором – Иран). Мы в этом году откатились на четвертое.

В группе стран с доходом выше среднего мы занимаем 27-е место из 36 (в первой тройке Китай, Болгария и Малайзия). Если же соотнести ВВП на душу населения с инновационными успехами, то Казахстан находится существенно ниже среднестатистического показателя.

Глобальный инновационный индекс рассчитывается как среднее двух субиндексов. Первый именуется Innovation Input, что принято переводить как ресурсы инноваций. Он включает пять блоков – институты, человеческий капитал и науку, инфраструктуру, уровень развития рынка и уровень развития бизнеса. Второй субиндекс Innovation Output, что принято переводить как результаты инноваций, включает два блока – развитие технологий и экономики знаний, а также результаты креативной деятельности.

В этом году по сравнению с прошлым мы опустились по обоим субиндексам. По ресурсам – с 60 на 65 место, по результатам – с 94 на 97 место. Это само по себе печально. Но для мазохистов–гурманов еще печальней то, что наши позиции по ресурсам выше, чем по результатам. Это можно сравнить с тем, как если бы мы оставили в магазине десять тысяч, а товаров домой принесли только на пять тысяч. В чем причина? Куда делись деньги? Не станем утверждать «разворовали», это из лексикона безответственных популистов, мы вслед на нашим Счетным комитетом и экспертами ВОИС повторим «неэффективно использовали».

Да, такой разрыв между ресурсами и результатами оценивается авторами доклада как неэффективность нашей инновационной политики. С ними нельзя не согласиться. Инновационная инфраструктура (уполномоченный госорган, институты развития, система господдержки) у нас есть, а вот инноваций, то есть, упрощенно говоря, новых продуктов и технологий у нас нет. Точнее, есть, конечно, но очень мало. Настолько мало, что они совсем не определяют лицо нашей экономики. Отметим, что это не случайность, а тенденция – падение рейтинга «Output» продолжается третий год подряд.

Но сколько можно о печальном? Есть внутри доклада печеньки и для патриота в нашем сердце. По индикатору 2.1.5 (Соотношение учителей и учащихся) мы на 12-м месте. Замечательно! Правда, как они учат, эти учителя, про то инновационный индекс молчит. Мы можем узнать об этом из результатов тестирования PISA (ProgrammeforInternationalStudentAssessment). Увы, знания эти нас не обрадуют. Наши школьники намного отстают от своих сверстников из большинства стран. Ну и про трехсменки и туалеты во дворе школы мы тоже хорошо знаем.

По охвату населения высшим образованием (2.2.1) мы на 33-м месте. Тоже неплохо. По индексу 2.1.3, то есть продолжительность учебы в школе – 41-е место. С подушевым финансированием школьников (индекс 2.1.2) у нас тоже неплохо – 46-е место. И даже по PISA–индексу мы всего лишь на 64-м месте. Но в целом по разделу 2.1 (образование) мы лишь на 73-м месте. Причина – позорно низкое 111-е место по индикатору 2.1.1 (расходы на образование в процентах от ВВП).

Индикатор 6.1.3 – число патентных заявок на полезную модель, поданных в национальный патентный орган, на млрд. долл. ВВП по ППС. Мы на 14-м месте! Однако по шестому разделу в целом мы всего лишь на 81 месте. Провал – научно-технические статьи на млрд. долл. ВВП по ППС – мы на 117 месте. Да и по индексу 6.2.3 (Затраты на программное обеспечение в процентах от ВВП) мы на 119 месте.

По затратам на НИОКР, измеряемым в процентах к ВВП, мы на 101 месте – они составляют всего лишь 0,1% (наша статистика утверждает, что они составляют 0,13%, но авторы доклада округляют до десятых). По этому показателю мы отстаем не только от Израиля (5,4% ВВП) или Южной Кореи (4,8%), на которые мы хотели бы равняться, но и от таких стран, как Бразилия (1,2%), Вьетнам (0,5%) или даже Намибия (0,3%). Словом, ВВП у нас слишком большой. Наверное, если его снизить, оставив расходы на прежнем уровне, мы сразу поднимемся в рейтинге инноваций.

Конечно, ситуация в мире неблагоприятная – пандемия, война на Украине, антироссийские санкции. Однако наши соседи, друзья и партнеры, союзники обыкновенные и стратегические – все они показывают неплохие результаты.

Китай медленно, но неотвратимо приближается к первой десятке инновационных лидеров: в 2020 году – 14-е место, в 2021 году – 12-е, а в этом году – 11-е место. Но есть нюанс. Напомним про два субрейтинга – ресурсов и результатов инноваций (inputи output). Так вот, Китай – яркий пример того, как результаты инноваций превосходят вложения, причем намного По субрейтингу «результаты» Китай уже входит в десятку лидеров. Потому что не воруют, сказали бы безответственные популисты. А мы заметим, что и у Пекина есть причина для беспокойства – он с каждым годом теряет позиции, опускаясь с шестого места в позапрошлом году на седьмое в прошлом и на восьмое в этом году.

Официальный представитель МИД КНР Мао Нин так прокомментировал эту новость: «На самом деле рейтинг Китая по Глобальному инновационному индексу неуклонно растет уже 10 лет подряд. С 34-го места в 2012 году до 11-го в этом году, за 10 лет он поднялся на 23 позиции и вышел на еще одну «китайскую скорость», что подтверждает замечательный успех Китая в области защиты интеллектуальной собственности. С 2012 по 2021 год вложения в НИОКР в масштабах всего общества выросли с 1,03 трлн. юаней до 2,79 трлн. юаней, а интенсивность увеличилась с 1,91% до 2,44%.

Россия, несмотря на все мыслимые санкции, введенные против нее в последнее время, остается примерно на прежних позициях, довольно, впрочем, скромных – 47-е место в 2020 году, 45-е в 2021 году и 47-е в 2022 году. При этом она стала меньше тратить (в рейтинге «ресурсы» опустилась с 43-го на 46-е место), зато выросла результативность этих трат (в рейтинге «результаты» Россия поднялась с 52-го на 50-е место).

При этом, по оценкам Высшей школы экономики, на горизонте пяти лет позиции России стабильны и варьируют в интервале 45–47-го места. Наблюдается планомерное повышение эффективности инновационной деятельности: уменьшается разрыв между позициями страны по субиндексам «ресурсы инноваций» и «результаты инноваций» (46-е место против 50-го). Вероятно, масштабные санкции, введенные Европой (формальные и неформальные), окажут негативное воздействие на российскую инновационную экосистему, но насколько сильный, пока неизвестно.

Турция еще недавно отставала от России, сегодня уже опережает. И скорость, с она поднимается по инновационной лестнице, впечатляет: за два года она поднялась с 51-го места (2020) на 37-е (2022). В субрейтинге «результаты» рост еще более заметный – с 53-го места до 33-го.

По словам министра промышленности и технологий Турции Мустафы Варанка, такой успех обусловлен эффективностью системы исследований, разработок и инноваций, созданной за последние 20 лет фактически с нуля.

У нас в последние годы тоже кое-что было сделано, но преимущественно в сфере институциональной. Усилиями неравнодушных экспертов, управленцев из МЦРИАП и других министерств были внесены правильные положения в принятый в декабре прошлого года Закон о промышленной политике, но все мы знаем, какая пропасть может лежать между законом и жизнью.

В мае этого года правительство утвердило Концепцию развития науки Республики Казахстан на 2022-2026 годы. В ней сказано, что увеличение в 2021 году расходов на НИОКР с 89 до 109 млрд. тенге не оказало существенного влияния на наукоемкость ВВП. Она составила 0,13%. Индекс роста затрат на НИОКР в 2021 году оказался ниже уровня инфляции. При этом доля государства в финансировании НИОКР выросла до 58,2%.

Но печальней даже не цифры, а то, что слова «инновации», «интонационный», «технологический» практически отсутствуют в политической риторике Акорды. Ведутся разговоры о новой политической культуре, которая, конечно, очень важна. Но вот о важности культуры инновационной можно услышать только в узком кругу экспертов. А ведь без нее вся инновационная инфраструктура, все технопарки и университеты, гранты и стартапы будет выполнять функцию освоения бюджетных средств, не более того. Подтверждение тому – наши пятилетки индустриально-инновационного развития. Точнее, их вопиющая безрезультатность в плане инноваций.

Будем честны перед собой: наши инновации редко выходят за рамки ономастики и топонимики. Да и Новый Казахстан нов преимущественно в сфере политики, а не экономики. Да, по индексу «цифровое государство» мы в числе лидеров. Но цифровизация казахстанской экономики проявилась в основном в том, что бесчисленные работники коммунальных служб во время своих бесконечных перерывов теперь не просто курят и болтают, а смотрят в свои смартфоны.

Складывается ощущение, что наше государство просто не представляет, для чего ему нужны инновации. То есть не видит места инноваций в своей стратегии социально-экономического и политического развития. Постараемся ему в этом помочь.

Сегодня государство своим приоритетом видит единство нации. Во всяком случае, в своем послании Касым-Жомарт Токаев уделил единству немало внимания, а в выступлении на курултае вообще назвал главной национальной задачей. При этом государство и президент апеллируют исключительно к чувству долга: мы должны объединиться вокруг таких ценностей, как… Все это правильно, но одними ценностями сыт не будешь. Поэтому было бы неплохо предложить нашему обществу то, что объединяло бы интересы разных социальных групп.

Предлагаем сделать центральным элементом новой парадигмы развития Казахстана инновационное и научно-технологическое развитие, объединяющей интересы государства, бизнеса и общества.

Стратегия инновационного развития даст государственной власти дополнительный инструмент контроля над политическим процессом, позволит провести обновление политической, управленческой и интеллектуальной элиты, её консолидацию вокруг новых ценностей и целей. Она облегчит привлечение «технократической» части контрэлиты и оппозиции к участию в управлении экономикой, станет фактором социальной стабильности, основанной не на увеличении мер государственной поддержки, а на развитии частного бизнеса и расширении возможностей для предпринимательства.

Сегодня в нашем обществе сложилось представление о том, что Новый Казахстан – это новые партии. Сегодня уже трудно рассчитывать на рост подписчиков в твоем Тик-токе, если ты не заявил, что намерен создать собственную политическую партию. Возможно, на каком-то этапе интересы строителей партий совпадут с интересами МЦРИАП, регистрацию партий упростят и переведут в цифровой формат. Конечно, где-то нас за это похвалят. Но если мы по-прежнему будем посылать своих детей учиться за границу, а все необходимые для жизни товары импортировать, то зачем нам все это?

Нужно срочно менять в этой ментальной конструкции слово «партии» на «технологии». Утверждение инновационного развития в качестве «национальной идеи» позволит дать ответ на сложившийся в обществе запрос на обновление. Научно-технологическое и инновационное развитие может стать фактором повышения качества жизни всех граждан, создавать новые социальные лифты, формировать у молодежи жизненную стратегию, основанную на формуле «знания => инновации => благосостояние».

Стратегия инновационного развития позволит создать новые, «технологические» силовые линии, вдоль которых будут выстраиваться ценности, нормы, правила поведения в обществе. Она позволит устранить перекос нашего политического дискурса в сторону духовности. Его прямым эффектом является не рост духовности нашей нации, а рост аппетитов у кураторов духовности. Хотя, конечно, если бы был составлен глобальный рейтинг духовности, то в нем Казахстан был бы в лидерах по индексу «инвестиции в духовность как доля от ВВП». 
0
    4 873