Чего хотим, чего ждём, что прогнозируем?.. Моно/полиязычность – моно/полиэтничность: нужное подчеркнуть

22 ноября 2013
1 525
60

Построим ли мы свой Вавилон?

 

Наверняка многие помнят биб­­­­лей­­­скую   легенду о вавилонской башне, строи­­тели которой не смогли завершить свое дело из-за того, что бог сделал их разноязычными. У нас, конечно, несколько иная ситуация, но  многое также упирается в языковую проблему. Мы попросили высказать свое мнение по поводу взаимосвязи между демографией и языковой ситуацией извест­ных казахстанских экспертов, адресовав им следующие вопросы:

 

1. Насколько изменения в демографической структуре населения, произошедшие за 20 лет в Казахстане, повлияли на языковую ситуацию?


2. Как изменилось процентное соотношение между носителями казахского и русского языков?


3. Каковы (ваши) прогнозы: какой тренд будет преобладать? Будущее за билингвизмом или же сформируется моноязычная среда?..

 

Нуртай Мустафаев, политический аналитик


Все будет без “Великого скачка”


1. Изменения в языковой среде за столь небольшой для трансформаций в этой базовой сфере срок – всего лишь за два десятилетия – кардинальные. Казахский язык сегодня звучит везде и всюду – в акиматах, госучреждениях, школах, вузах, на улицах городов, в общественном транспорте, рынках и магазинах. Например, даже в мегаполисе Алматы с наиболее полиэтничным в стране населением, казахская речь однозначно преобладает. Если сравнивать с рубежом 1980-1990-х годов, казахский язык сегодня является доминирующим в повседневности. И это ясно каждому, кто объективно, непредвзято подходит к оценке таких вещей. Тем не менее находятся еще алармисты, по инерции продолжающие спекулировать на тезисе о катастрофическом положении казахского языка.

 

По сравнению с моментом обретения независимости в 1991 году, спустя два десятилетия кардинально изменился этнический состав населения Казахстана. Резко возросла численность казахов. Соответственно расширилась сфера распространения, функционирования казах­ского языка. Причем за счет реальных носителей языка, поскольку рождаемость у казахов в сель­ской местности была и остается значительно выше, чем у городских казахов. Все это сопровождалось беспрецедентной масштабной внутренней миграцией из села в города с последующим распространением, а затем и доминированием казахского языка в городском социуме.

 

Поэтому можно предположить, что демографический фактор в распространении казахского языка является главным. Но в то же время немалая роль в этом процессе принадлежит и государству: открывалось множество казахских школ, отделения с казахским языком обучения в вузах. Ревнители казахского языка, алармисты, как правило, упрекают президента, правительства, власти в целом, в якобы слабом содействии развитию казахского языка в постсоветский период. Мол, если бы не они, радеющие за государственный язык, казахский язык бы погиб. Но на самом деле все далеко не так. Власти делали все от них зависящее, чтобы казахский язык поступательно развивался и расширял сферу применения. В 1991/1992 учебном году численность учащихся средних общеобразовательных школ с казахским языком обучения составляла 1 063 600, или 34,1%, русским – 1 975 300 или 63,3%. В 2010/2011 учебном году ситуация зеркально поменялась. В средних школах с казахским языком обучения численность учащихся составляла – 1 573 700, или 62,5%, в средних школах с русским языком обучения – 33,5% от всех школьников. Такая же, даже еще более выраженная ситуация изменения баланса обучения с казахским и русским языком – в вузах Казахстана.

 

2. Этнический состав населения Казахстана в постсоветский период изменился кардинально. Наиболее наглядно мы видим это на примере двух самых многочисленных этносов – казахов и русских. Удельный вес казахов и русских согласно трем переписям населения 1989, 1999, 2009 годов, оперативным данным на начало 2012 года составлял соответственно: в 1989 г. – 40,1% и 37,4%, в 1999 г. – 53,4% и 30,0%, в 2009 г. – 63,1% и 23,7%, на начало 2012 г. – 64,6% и 22,3%.

 

За четверть века, с 1989 по 2012 годы, численность казахов в стране возросла с 6 млн 496,9 тыс человек – до 10 млн 642,5 тыс. человек. В процентах от всего населения: с 40,1% – до 64,6%. Как видим, за четверть века средний рост в год – примерно на 1%. Но это все усредненные цифры. На самом деле на этническую мозаику, этническую картину Казахстана в наибольшей степени оказали пик эмиграции русских и русскоязычных из Казахстана в 1991-1994 годах и пик иммиграции в Казахстан оралманов в 2004-2007 годах. Например, только в 1994 году из Казахстана  эмигрировали полмиллиона русских, русскоязычных! Спустя десять лет, в 2004-2006 годах, в Казахстан ежегодно прибывало до 100 тысяч оралманов – этнических казахов – из ближнего и дальнего зарубежья! Кстати, 1991-1994 годы – пик системного экономического кризиса, перехода от преж­ней экономики к “дикому капитализму”. И именно на эти годы выпали беспрецедентные показатели инфляции; в годовом исчислении: 1992 г. – 3 061%, 1993 г. – 2 265%, 1994 г. – 1 258%! Затем, в 2004-2007, годах наступили “жирные”, “тучные” годы за счет благоприятной ко­нъюнк­туры на нефть, металлы. И именно тогда Казахстан принимал на постоянное место жительства значительные, до 100 тыс. человек ежегодно, массы оралманов.

 

Мировой кризис ударил по Казахстану в 2008 году, хотя во многом он был обусловлен и внутренними факторами. И наступивший кризис, из которого мы, по большому счету, неизвестно когда выйдем, жестко отрезвил наше правительство. Стало ясно, что ежегодные квоты на репатриацию этнических казахов (оралманов) в 20 тысяч семей, а это около 100 тысяч человек, – нереально. Это оказалось химерой, фантасмагорией. Самим бы быть живу. С 2008 года квоты стали резко сокращаться, в 2012 году были приостановлены. И отчасти это правильно.

 

В целом, даже с учетом оралманов, прибывших в 2004-2007 годах, в послед­нее десятилетие (с 2004 по 2013 год) удельный вес казахов возрастает ежегодно примерно на 0,5%. В обозримой перспективе удельный рост казахов в составе населения может возрастать на 0,5%, максимум – на 1% в год, как это было в пиковые годы иммиграции оралманов. Общепринятый в мире критерий моноэтничной страны – 95% титульного этноса при 5% представителей других этносов. Кроме того, казахи все более урбанизируются и, переезжая из сел в города, переходят к городскому типу воспроизводства – 1-2 ребенка в семье. С урбанизацией темпы прироста населения среди казахов будут снижаться. Репатриация этнических казахов (оралманов) исчерпала себя. За 20 лет в Казахстан прибыло 1 миллион оралманов, то есть все, кто мог, уже иммигрировали в нашу страну. В целом будет расти удельный вес узбеков, уйгуров, дунган, турков, курдов, чеченцев. У них гораздо более высокий показатель рождаемости, чем у казахов. Например, у казахов показатель естественного прироста населения (разница между числом родившихся и умерших на 1 000 человек) в 2011 году составил – 19,9 человек, у узбеков – 25,8 человек.

 

В отдаленной перспективе Казахстан может все более и более обретать даже не моноэтничный, а скорее по-восточному пестрый, азиатский характер за счет ощутимого прироста азиатского неказахского населения.

 

С этой точки зрения обозначенная властями Казахстана цель – овладение государственным (казахским) языком 95% населения к 2020 году представляется весьма непростой задачей.

 

3. Как я уже сказал, овладение к 2020 году 95% казахстанцев на хорошем, достаточном уровне государственным (казахским) языком – труднодостижимая задача. Языковая среда меняется не так быстро. Никто не против изучения казах­ского языка. Большинство из тех, кто не знает его, хотят освоить государственный язык. Но есть естественные, возрастные ограничители. Надо понимать, что старшее поколение в массе своей уже не переобучить. Расширение сферы применения казах­ского языка будет происходить со сменой поколений. Надо обучать казахскому языку с рождения, с яслей, детсадов, когда дети еще даже не понимают грамматику, падежи и прочее. В этом возрасте освоение любого языка происходит естественно.

 

Надо усилить подготовку учителей казахского языка в педвузах, которые почему-то переименовали в университеты и академии. Миллиарды тенге вбухали в не очень внятные и эффективные программы развития государственного языка, разработку учебников, методичек и т.д. И в отчетах все это выглядит впечатляюще, чего не скажешь о практическом положении дел. Представляется, что гораздо целесообразнее было бы эти миллиарды тенге направить на открытие тысяч бесплатных курсов казахского языка для взрослого населения, молодежи и детей. То есть для все желающих.

 

В перспективе все казахстанцы будут знать два языка – казахский и русский, представители других основных этнических групп плюс свои родные языки. Но только не надо искусственно форсировать процесс. Все будет без инфернального “великого скачка” времен Мао в Китае.

 

Принципиальный вопрос. Нужна ли нам моноэтничность, чтобы все были казахи? Это плохо или хорошо? Нет, этого нам не надо. Это нерациональный путь. Мы уникальны в своей неповторимой палитре многообразия, когда мы – казахи, русские, украинцы, узбеки, евреи, уйгуры и многие другие. В этом залог нашей неповторимости, силы и конкурентоспособности. Поэтому русский язык нужен нам. Потом будем локти кусать, изучать, как английский, за немалые деньги, как это уже происходит в Польше, Литве, Венгрии и других странах, которые не смогли “улететь на Луну” и тысячами нитей, бизнес и прочими связями “заточены” на Россию. Полиэтничность, знание языков – это наша сила.

 

Само собой, большинство будут стремиться знать и английский. Дальнейшая глобализация на совершенно новом уровне, который сегодня даже трудно представить, – неизбежна. Английский язык сам постоит за себя. Его будут изучать, исходя из потребностей, необходимости, развития коммуникаций, Интернета, техники и т.д. Да и просто исходя из привлекательности англоязычной культуры – кино, музыки и т.д. Ревнители казахского языка, они же алармисты в отношении будущего ана тiлi, – в основном из среды творческой интеллигенции. Вместо постылой критики по инерции, описания сценариев-катастроф относительно будущего казахского языка, им бы лучше заняться конкретной практической работой: создавать фильмы, передачи, литературные произведения на казахском языке, привлекательные для детей, молодежи, взрослых. Вот это пошло бы на пользу и было бы реальным вкладом в “копилку” развития языка. Но, если честно, в способность именующих себя казахской творческой элитой совершить такой “подвиг”, верится с трудом.

 

Мадина Нургалиева, заведующая отделом социально-политических исследований КИСИ при президенте РК


Зона языковой турбулентности


 1. С учетом увеличения общей численности населения Казахстана, включая рост доли самих казахов в первую очередь, языковая ситуация несколько изменилась. Но эти перемены не кардинальные. Смещение акцентов в языковой среде обусловлено рядом факторов: политических, культурных и других. Поэтому не стоит рассматривать произошедшие в Казахстане демографические изменения за последние 20 лет (в их объеме) как единственную причину смены языковой ситуации.

 

Казалось бы, вполне логично выглядит стереотип: “казахов численно стало больше, поэтому сфера употребления казахского языка тоже значительно расширилась”. Однако это только на первый взгляд. Закон диалектики перехода количественных изменений в качественные тут не работает, поскольку количественные показатели еще не достигли своего “пика”, для того чтобы обеспечить качественный скачок. Здесь имеется в виду языковой переход. Численность этнических казахов среди общего населения республики составляет порядка 70%, но это не значит, что и языковой баланс у нас такой же – 70% – казахский язык и 30% – другие языки. Процессы трансформации на глубинном уровне только формируются, то есть политико-идеологические установки, культурно-ценностные ориентиры пока еще находятся в процессе “настройки”.

 

 2. На данном этапе сложно однозначно зафиксировать процентное соотношение между носителями казахского и русского языков. Мы наблюдаем параллельные, иногда даже взаимоисключающие процессы. Часть неказахского в этническом смысле населения демонстрируют не только желание владеть государственным языком, но и прилагают к этому непосредственные усилия, предпринимая вполне конкретные действия. С другой стороны, есть и такие, кто абсолютно не готов учить его и говорить на казахском языке. К сожалению, такое отношение можно наблюдать и в среде этнических казахов. Если детализировать, то эта категория чаще всего представлена молодыми городскими казахами, которые представляют третье-четвертое поколение казахов, проживающих в городах.

 

В целом сложившуюся в языковой среде ситуацию я бы условно назвала “зоной языковой турбулентности”, в прямом и переносном смысле (имею в виду споры и конфликты на почве незнания государственного языка персоналом казахстанских авиалиний).

 

“Турбулентность” заключается в том, что при увеличении скорости и интенсивности перехода на повсеместное употребление государственного языка самопроизвольно образуются волны, “возмущающие” эту языковую среду. При этом государственную языковую политику можно охарактеризовать как достаточно сбалансированную (можно даже сказать “мягкую”, ни в коем случае не агрессивную и не насаждающую государственный язык волевым методом). В исторической ретроспективе в определенный момент произошла политизация языкового вопроса, то есть знание государственного языка стало обязательным требованием при приеме на работу в государственные органы. Делопроизводство тоже стало вестись на двух языках и т.д. К “раскачивающим волнам” можно еще добавить активную деятельность тех, кого условно можно обозначить как “радетелей казахского языка”, которые рьяно отстаивают и защищают родной язык, тем самым ставя его (государственный язык) в ущемленную позицию вместо проецирования его позитивной и консолидирующей роли.

 

3. В будущем, полагаю, ожидается преобладание не моноязычия и даже не билингвизма, а скорее полиязычия. Моноязычие, как и моноэтническое государство, в 100%-ном расширении в принципе невозможно. Вызовы эпохи таковы, что знания даже трех языков (казахского, русского, английского) будет недостаточно. Новое поколение “У” будет говорить на многих языках. В среднесрочной перспективе нынешнее поколение школьников будет владеть тремя языками (ориентировочно 2020-2025 гг.), и это будет, скорее всего, минимальный стандарт. В перспективе к этому минимуму, возможно, добавится китайский язык.

 

Рустем Кадыржанов, главный научный сотрудник Института философии, политологии и религиоведения КН МОН РК, доктор философских наук, профессор  


Демографическая казахизация очевидна, а вот языковая нет


1. Вопрос можно сформулировать иначе: насколько демографическая казахизация повлияла на языковую казахизацию? Целью языковой политики государства и казахских национал-патриотов является казахизация, т.е. доминирование казахского языка, приведение в соответствие с его конституционным статусом государственного языка с реальным его доминированием во всех  сферах общества. Цель общая, но предлагаемые средства и темпы ее достижения разнятся настолько, что национал-патриоты обвиняют государство как главного врага казахского языка. Демографическая казахизация очевидна, а вот языковая казахизация нет. Прямая корелляция между двумя видами казахизации визуально не просматривается.

 

В советское время и в первые постсоветские годы, когда казахи не составляли большинства в своей республике, многим казалось, что если казахи станут большинством, то за этим сразу же последует превращение их языка в основное средство вербальной коммуникации в Казахстане. Покойный писатель Калдарбек Найманбаев в начале 1990-х гг. оптимистично утверждал, что когда казахи будут составлять шестьдесят процентов населения Казахстана, то казахский язык автоматически станет по-настоящему государственным языком. По статистике сегодня казахи приближаются к отметке семьдесят процентов, но при этом национал-патриоты заявляют, что положение казахского языка за двадцать лет не изменилось.  Демографическая казахизация, как видно, не привела автоматически к языковой казахизации. В чем причина?

 

Причин много, но одну из них я вижу в отсутствии языковой границы между казахами и русскими. Граница была бы, если бы казахи говорили исключительно на своем языке, а русские – на своем. Такая граница существовала в дореволюционный период, но в советское время, как только коммунистический режим стал проводить русификацию казахов,  она начала исчезать. Можно сказать, что к 1970 гг.  цель режима была достигнута: языковая граница между казахами и русскими исчезла. Казахи поголовно стали русскоязычными, при этом некоторые из них еще говорили на родном языке, а некоторые этот навык либо потеряли, либо не приобрели.

 

Если бы языковая граница между казахами и русскими сохранилась, то демографические изменения привели бы к языковым, то есть казахский язык стал бы доминирующим. Ведь если семьдесят процентов населения страны говорят на одном языке, то оставшиеся тридцать волей-неволей тоже будут говорить на нем, иначе им в этой стране не выжить. Но при русификации казахов и других нацио­нальностей для выживания в Казахстане требуется не казах­ский, а русский язык. Чтобы изменить эту ситуацию, нужно возвести языковую границу между казахами и другими национальностями. Для этого казахам нужно отказаться от русского языка и говорить между собой исключительно на казах­ском, а в общении с русскими и представителями других национальностей также использовать исключительно казахский язык. Подобное  случилось в Прибалтике, Закавказье и других частях бывшего СССР. Но для такой мобилизации нужен сильный этнический национализм. Есть ли он у казахов? По мнению многих экспертов, нет. Хорошо это или плохо? Пусть каждый определяет это для себя сам. 

 

2. Никто не станет отрицать рост числа носителей казахского языка за двадцать лет. Но это в большей мере результат миграции  казахов из села в города, чем абсолютного демографического роста численности казахов. Если бы существовала языковая граница, то изменение этнодемографических пропорций в пользу казахов  автоматически вело бы к сокращению числа носителей русского языка. Но этого не происходит: носители русского языка по-прежнему составляют сто процентов населения Казахстана, даже в регионах с почти полным казахским населением.  Демографические изменения ведут к росту казахскоязычных, но в то же время и русскоязычных граждан. За двадцать лет прошли определенные изменения в пользу казахского языка: он стал шире применяться в сфере образования, в информационном пространстве, да и вообще выросло число тех, кто говорит преимущественно на казахском языке. Если прежде в казахско-русском билингвизме преобладали те, у кого русский язык главенствовал над казахским, то сегодня среди казахско-русских билингвов заметно больше тех, у кого казахский язык главенствует над русским. И все-таки это пока что только количественные изменения, которые не привели к качественному повороту в языковой сфере, к доминированию казахского языка. Правительство надеется, что такой поворот произойдет благодаря сфере образования, и в 2020-2025 гг. 95 процентов населения будет говорить по-казахски. Но многие в этом сомневаются. Уже много десятков лет в школе и вузах преподаются иностранные языки, но многие ли овладели ими так, чтобы свободно говорить и писать на них? Казахский язык, как и английский, будет фактически преподаваться и изучаться как иностранный, и кто сказал, что эффект будет лучший? 

 

3. Мне кажется, сложившееся положение установилось всерьез и надолго: русский язык еще долгое время будет доминирующим, а казахский продолжит накопление количественных изменений. Не будет ни билингвизма (равного владения гражданами, независимо от их национальности, казахским и русским языками), ни казахской  моносреды. Когда произойдет перелом, никто не скажет. Демография здесь мало что изменит. Если представить себе, что казахи составят в будущем 90 и выше процентов, то и в этом случае среди них будет велика доля тех, для кого русский язык главный. Если пойти еще дальше в фантазии и представить себе, что в Казахстане не останется вообще ни одного русского, то и в этом случае русский язык никуда не уйдет и сохранит свое главенствующее положение. Сошлюсь на личный опыт русскоязычного казаха. Сегодня в моем окружении осталось мало русских, общаюсь с ними достаточно редко, от случая к случаю. Тем не менее на русском языке я говорю каждый день, каждый час и даже минуту. С кем? С такими же  русскоязычными казахами. Дома, на работе, на улице. С детьми, молодежью и взрослыми. Чтобы казахский язык занял место русского, он должен стать первым языком дома, на работе, на улице. У детей, молодежи и взрослых. Когда и как это произойдет?  Спросите что-нибудь полегче… 


Кенже Татиля | Central Asia Monitor
  • Не нравится
  • 0
  • Нравится
Читайте также:
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 90 дней со дня публикации.
Как вы относитесь к переводу казахского языка на латиницу?

ПОДДЕРЖАТЬ ПРОЕКТ RUSSIANSKZ.INFO