Сегодня
425,95    495,12    66,6    6
   Нур-Султан C    Алматы C
Экономика
Повлияли ли текущие кризисные события на ваши миграционные настроения?

Как Алексей Белов («Парк Горького») вернулся в Россию: «Будущее не там и не в том, где и кто каких айфонов наделает...»

Елена КарповаГолос России
26 января 2013

"Парк Горького" вернулся в совсем другую страну"


("Окно в Россию")

 

Сегодня в гостях у проекта "Окно в Россию" известный рок-музыкант Алексей Белов - один из основателей группы "Парк Горького". Группы, "взорвавшей" мировые хит-парады песней "Bang". О жизни в Америке и России, о своем творчестве и будущих планах читайте в эксклюзивном интервью.

 

Profile: Алексей Белов, рок-музыкант, лидер и один из основателей группы Gorky Park. 12 лет прожил в США.

 

- Конец восьмидесятых, группа из Советского Союза «Парк Горького» покоряет Америку. Это было беспрецедентное событие, вы были, можно сказать, первопроходцами. Алексей, как и каково это было?

 

- Да, это было время очень интересное во всех отношениях. В политической жизни нашей страны произошел огромный прорыв. До этого мне и другим людям, которые тогда тоже занимались творчеством, то время представлялось довольно мрачным, казалось даже, что никакого просвета никогда не будет. Коммунизм, обещанный нам с самого детства, проявлялся в какой-то странной форме, и было ощущение, что он так и будет столетиями жить у нас в стране. Всё это казалось довольно мрачным. И тут вдруг такой прорыв! Мы оказываемся в Америке. Естественно, все мы выросли на хорошем роке, и вот уже в Америке нам посчастливилось познакомиться с музыкантами, которые были тогда легендами. Все это было довольно неожиданным. И, естественно, наступила эйфория. Мы приехали в страну, где нас тут же посадили в лимузин, в то время когда у нас в стране и «Жигули» - то не каждый мог себе позволить. И дальше началась такая сказка, которая длилась года два. Мы жили абсолютно ни о чем не думая. Мы были лишены всех бытовых забот, даже забыли, что такое стирать свои вещи. За нас это делали другие. Мы жили как настоящие рок-звезды! Внимание прессы и восторг публики, новые знакомства и новые города – вся эта атрибутика присутствовала в нашей жизни. И хотя мы испытывали мощную эйфорию, это ещё и было время серьезного труда. Мы трудились довольно много, чтобы у нас по-настоящему всё получилось.

 

- Безусловно, это уже вошло в историю отечественной рок-музыки. А история любит точность. Давайте вспомним, какой это был год.

 

- Группа «Парк Горького» образовалась в 1987 году. А летом 1988 года мы первый раз поехали в США. Мы приехали сначала на короткий срок, где-то чуть больше месяца, нас привезли туда как бы для знакомства. Ну, и тут же начались тусовки с такими музыкантами, которых мы раньше видели только на видеокассетах у себя на родине, например, с Джоном Бон Джови. А потом уже наступил период, когда мы стали серьезно готовиться к альбому, к заключению контрактов. И в начале 1989 года мы уже уехали в США надолго, начали записывать писать альбом, снимать видео, в общем, вести настоящую жизнь рок-музыкантов. Кстати, поскольку я единственный, кто из нас прилично знал английский язык, то мне тогда ещё и приходилось выступать на всяких утренних новостных шоу.

 

- Это неудивительно, ведь триумфальное шествие «Парка Горького» в США стало событием!

 

- Да, конечно, это было большое событие. А началось всё с того, что наша запись попала в руки менеджеров Джона Бон Джови, которые, естественно, дали послушать нашу музыку самому музыканту, а он, в свою очередь, познакомил с нашим творчеством других американских музыкантов – своих друзей. И все сказали, что это не только современно, но это еще и здорово звучит. Мы действительно звучали как настоящая западная группа из России. Всё, что происходило потом, было уже делом техники. Когда мы записали альбом и сняли первое видео, то канал MTV транслировал наш видеоклип раз пятнадцать в день: так им понравилась наша песня. Первые пять-шесть раз мы постоянно бегали к телевизору, чтобы ещё раз увидеть свой ролик в эфире, а потом мы просто перестали обращать на это внимание.

 

Сейчас я понимаю что, это просто нереальная ротация, ведь наши песни тогда достигли третьего места на MTV в Соединенных Штатах! Это было, по сегодняшним меркам, просто невозможно, понимаете? Сейчас я не представляю, какой бы мог появиться в США коллектив из России, способный занять третье место в рейтингах MTV. Причём это было не то MTV, что сейчас, это была в тысячу раз более мощная "субстанция". Все смотрели этот канал, он был как царь и бог в рок-музыке.

 

С этого момента наша жизнь пошла другим чередом. В ней были всякие перипетии, радости и успехи. Были и неприятности, они всех преследуют в шоу-бизнесе, поэтому ничего мы тут не избежали, это был такой жизненный ликбез, который продлился для меня в США в общей сложности двенадцать лет.

 

- Вы сказали «жизненный ликбез». В чём он заключался? Какие открытия Вам удалось сделать в Америке?

 

- Я думаю, очень важные. Потому что, когда мы жили в Советском Союзе, нам жизнь представлялась совсем другой. Нам казалось, что вот там, за железным занавесом, - там рай, настоящий рай, где всё для человека, все о человеке. И когда мы попали туда, то, естественно, первое, с чем мы столкнулись, - это с внешней стороной этого общества. Это, действительно, выглядело, как такой, образно говоря, рай. В нашем понимании. Но постепенно, постепенно мы «вживались» и открывали для себя общество, где, собственно говоря, не всё так просто и не всё так гладко, как казалось на первый взгляд. По прошествии нескольких лет мы совсем уже «вжились», получили грин-карты, продолжали жить жизнью истинных рок-музыкантов и при этом делать повседневные вещи, которые делают все люди, живущие в этой стране. И вот тогда я вдруг начал открывать очень интересные вещи. Я видел людей, которые обладали и огромной популярностью, и огромным достатком, но я не видел настоящей радости в их глазах. Более того, несколько раз я сам оказывался в таких местах, о которых, может быть, и мечтать не пришлось бы. Доводилось жить в некоторых самых шикарных местах – например, в Малибу. И при этом я мог ощущать, переживать какое-то адское состояние. Такие вещи время от времени случались с нами.

 

И вот в то же время я вспоминал кухню в московской квартире своих родителей, когда мы, будучи юными, собирались там и могли всю ночь проболтать на абсолютно разные темы. И, не имея пятака в кармане, мы были счастливы! И вот из таких маленьких вещей, наблюдений, анализа и складывался вот этот мой «жизненный ликбез», когда ты проходишь один этап за другим. Постепенно пришло понимание того общества, в котором мы жили. И оно перестало быть тем, чем было для нас вначале. Эйфория исчезла, наступила реальность. А реальность везде есть реальность. И по прошествии лет десяти, наверное, уже пришло серьезное переосмысление всего того, что с нами происходило. И наступил такой момент, когда мне захотелось жить в России. Я понял, что истинное будущее, на самом деле, здесь. Не какое-то там квазиэкономическое или еще что-то в этом роде. Нет, я не об этом. Меня, вообще, даже не интересовали какие-то достижения общества, я искал правды внутри себя, что и есть, собственно, главное в жизни человека. Потому что, в конце концов, все мы рано или поздно придем к определенному рубежу, и вся мишура, которая прилепляется к нам, перестанет иметь всякий смысл.

 

Понимаете, когда ты популярный музыкант, да еще ездишь по всему миру, то, естественно, вокруг тебя крутятся разные люди. Вот вокруг нас они тоже крутились. Были среди них и всякого рода олигархи, ученые, политики. И я очень часто замечал среди людей фантастического достатка, некоторые из них были миллиардерами, что у них нет чего-то самого главного. Их глаза постоянно ищут "пятый угол". Именно самого главного и важного в их жизни нет. И в то же время уже здесь, в России, я время от времени встречал людей, у которых совсем нет никакого достатка, но их глаза горят счастьем. И вокруг этих людей постоянно крутятся другие люди, которым хочется быть поближе к ним, потому что они нашли что-то самое главное. И вот это, собственно, и есть, наверное, главный результат этого жизненного ликбеза, который мы проходили. Одним дается одно пройти, другим – другое, третьим – третье. Нам дано было пережить это.

 

- То есть, получается, для того, чтобы к этому прийти, надо было прожить несколько лет в Америке?

 

- Видимо, это была часть пути. Ведь всё приходит свыше, и от нас в этом смысле мало что зависит, мы только выбираем пути. И если мы научимся анализировать, мы сможем выбрать правильный путь. А не научимся - будем плыть по течению или искать какой-то теплый уголок, что, может быть, и не будет нужным в тот самый момент жизни, когда мы будем проходить этот этап.

 

- Изначально «Парк Горького» - это достаточно жесткая музыка. Что-то изменилось за последнее время? Что Вы сейчас играете, что записываете, чего душа просит?

 

- Я до сих пор играю жесткую музыку. Но мне приходилось писать и музыку для фильмов, во многих из которых была и симфоническая музыка. Поскольку моя жена - певица, мы с ней работали пару лет над альбомом, в который вошла разнообразная музыка, но тоже довольно жесткая. И то, что я играю в сольных концертах, это тоже рок-музыка. Мне нравится эта музыка. В ней есть какая-то сила, экспрессия и правда. Не знаю, это, наверное, зависит от внутреннего состояния человека. Каждому свое, я бы так сказал. Мне нравится такая музыка.

 

- Вы упомянули Вашу жену. Ольга Кормухина - тоже известный музыкант, известная исполнительница. Можно несколько слов о вашей семье? Как вам удается вместе работать, вместе творить? Ведь это не у всех получается на самом деле.

 

- У нас это очень просто. Потому что Ольга, с одной стороны, в большой степени профессионал, я, наверное, большего и не встречал в своей жизни. И еще она точно знает, чего хочет. И из этого складывается как раз такой человек, с которым и легко работать. Конечно, у нас могут разойтись мнения в чем-то. Но мы очень быстро приходим к общему знаменателю. Результат всегда радует , потому что он сродни полету. В момент такого максимального соприкосновения в творчестве мы в буквальном смысле слова летим. Разумеется, любому музыканту, любому продюсеру, любому композитору хочется работать с сильным партнером. Это очень важно в творчестве. Если человек имеет определенный потенциал, но этот потенциал гаснет на уровне исполнителя, то здесь, конечно, любое творчество не в радость, образно говоря. А нам в этом смысле очень легко, слава Богу.

 

- Это действительно замечательно! Скажите, а ваша дочка разделяет родительское увлечение музыкой?

 

- Она занимается музыкой, конечно. Но, поскольку она ещё довольно юная, мы на неё не давим в этом смысле. Мы можем иногда рассказать ей что-нибудь об исполнителях, которые ей нравятся, о выборе того, что она слушает на сегодняшний день. Но, тем не менее, когда я слышу, что у нее в телефоне вдруг начинает петь Адель, мне это уже нравится, слава Богу. У неё много всего ещё впереди, многое будет меняться. Но она с удовольствием приходит на наши концерты, с радостью прыгает там.

 

- Кстати, о концертах, о выступлениях. Наверняка Вашим поклонникам будет интересно узнать, что дальше, над чем Вы работаете, где можно Вас услышать, увидеть?

 

- В ноябре был юбилей «Парка Горького». Мы давали большой концерт всем оригинальным составом, сняли этот концерт, и, я думаю, будем готовить его к показу. Не знаю, какой канал телевидения его покажет, но параллельно сделаем еще и DVD. Мы решили начать работать над новым материалом. Это вещь не скорая, её быстро не слепишь, потому что это надо делать правильно. А параллельно мне приходится выступать. Я довольно часто езжу на гастроли. Ближайшие будут несколько дней подряд в Санкт-Петербурге, потом в Красной Поляне. Кто хочет, может прийти послушать.

 

Но главная задача – это сделать новый материал для группы «Парк Горького» и готовиться к большому туру, которого очень ждут многие наши слушатели. Так что будем работать, будем трудиться. Вот так сейчас это и происходит.

 

... Елена, я так понял, что ваш проект «Окно в Россию» посвящён нашим людям, которые жили или живут за границей?

 

- Да. И Ваш опыт нам особенно интересен, потому что после столь долгого периода, проведенного вне родной страны, люди, как правило, не возвращаются. А Вы вернулись.

 

- Да, я вернулся. Вы знаете, наш барабанщик Саша Львов до сих пор живет в Америке, у него там семья. С точки зрения быта он себя чувствует просто прекрасно. Я хорошо помню все эти «американские» годы, большая часть которых, а именно 10 лет, прошла в Лос-Анджелесе. Саша до сих пор там живет. Сама по себе жизнь в этом городе напоминает катание сыра в масле. И здесь очень важно понять, что вообще нужно человеку от этой жизни. Что касается лично меня, то было время, когда я думал, что я умру там. Я уже забыл какие-то переулки в Москве, где знал каждый уголок. И уже сначала в Нью-Йорке, а потом в Лос-Анджелесе стал знать буквально каждый проулок, хотя эти города огромные, особенно Лос-Анджелес, он разбросан Бог знает на какие территории! Но с годами всё это впиталось.

 

Мы сначала обращаем внимание на внешнюю часть того общества, в котором живем, а потом постепенно начинаем вникать в его суть. И чем дольше я жил в Америке, тем меньше мне нравилась внутренняя часть общества. Не люди, нет! Люди везде прекрасные. Я думаю, что даже в племени каннибалов можно найти хорошего человека. И мы всегда встречали прекрасных и жертвенных людей. Я считаю, что жертвенность – одна из главных добродетелей, которая может связать с человеком. Мы общались и дружили с великими людьми. Среди них встречали людей действительно жертвенных.

 

Но общество – это совершенно другая часть, это не люди, которые рядом с тобой, с которыми ты дружишь, с которыми ты общаешься. Общество – это нечто другое, это организм и механизм, который действует на души людей и формирует их, затачивая их под себя. И то, что происходило с этим в США, конечно, это мне со временем все меньше и меньше нравилось, потом, в конце концов, перестало нравиться вообще. В то же время, начиная, наверное, с 1995-1996 годов, я начал чаще приезжать в Россию – и просто так, и с концертами. И я видел, как здесь всё меняется. Хотя мы уезжали в 1989 году надолго, мы уезжали из страны, которая была наполнена оптимизмом. А первый раз приехали в тур в 1994 году в страну, которая с первого взгляда была наполнена свинцом. Все было свинцовое вокруг. Мы тогда еще не знали, что и как происходит.

 

Сейчас уже прошли годы, всё удалось понять, оценить, насколько это было тяжелое время, когда развалилась страна, и люди еле-еле могли сводить концы с концами. Это понятно, это уже вопрос геополитический. Но прошло время, и мне стало всё интереснее и интереснее приезжать в Россию. Потом наступил момент, когда я встретил в России человека, которого вне России невозможно встретить. Я встретил в буквальном смысле слова святого. Это очень известный старец – отец Николай Гурьянов. К тому времени я уже был человеком воцерковленным, прошло буквально полгода, с того момента, как я по-настоящему первый раз пришел в храм. Но мне очень хотелось увидеть результат. Когда ты занимаешься музыкой, тебе очень хочется увидеть результат, и поэтому ты обращаешься к великим музыкантам. И когда ты их видишь воочию, ты понимаешь - вот так можно, то есть этого можно достичь.

 

Когда кто-то занимается спортом, он берёт пример с олимпийского чемпиона и, глядя на него, говорит: «Да, вот так вот можно, это и есть идеал». Но иногда ты сталкиваешься с духовной субстанцией, а нам приходилось много раз сталкиваться. Куда нас только не заносило! Я помню, вокруг нас всякие чудные люди крутились. Я увлекался всякими веяниями в свое время. Но мне нигде и никто не смог показать, какой высоты человек может достичь в духовной жизни. И вот тут я его встретил. Ну, конечно, я слышал об этом человеке, и мне очень хотелось с ним познакомиться. И оказалось, что моя тогда ещё будущая жена его знала, она меня и отвезла к нему. Когда ты находишься рядом с таким человеком, сомнений уже не возникает.

 

Это, например, если кто-то вам рассказывает про океан, а вы живёте в таком месте, где есть только лужи, то очень трудно в это поверить. А потом вы стоите на берегу океана и видите, как земля закругляется, и вы понимаете: «Да, такое действительно может быть», - и никаких сомнений не возникает. И так же, когда ты стоишь рядом со святым человеком, никаких сомнений не возникает. Собственно, это и был такой водораздел, который определил моё желание жить именно там, где рождаются такие люди, - здесь, в России. И постепенно я понял, что, на самом деле, и будущее здесь. Будущее не там и не в том, где и кто каких айфонов наделает или ещё чего-нибудь в этом роде, нет. Оно в чём-то самом главном, что нам необходимо в этой жизни.

0
    3 807